Заинтригованная, Мелисса щелкнула по последнему адресу.

На экране возник изумительный пейзаж: деревья, луга и гряды холмов — все зеленое — под ясным бирюзовым небом, полоска голубой извилистой реки, протекающей недалеко от двухэтажного дома с красной крышей, а вокруг хозяйственные постройки. В самом низу экрана выстроился ряд иконок с картинками и всплывающими заголовками: «Первозданная красота природы», «На лоне природы», «Юг национального парка „Гласьер“».

Рядом Сюзан выключила свой компьютер, встала и перекинула через плечо ремешки трех фотоаппаратов.

— Ну ладно, я побежала, — сказала она.

— Удачного дня. Желаю хорошо повеселиться, — пробормотала Мелисса, наведя курсор на иконку с изображением летних полевых цветов, от красок которых рябило в глазах: красные, фиолетовые, желтые, белые — все вместе это смотрелось невероятно красиво.

Сюзан задвинула бедром ящик стола и усмехнулась:

— Обязательно. Сегодня портретные снимки. Затем пятничное гала-представление, а потом я собираюсь прокатиться на десятискоростном мотоцикле, который будет участвовать в воскресной гонке.

— Заткнись! — бросила Мелисса протискивающейся мимо ее стола Сюзан.

Ей самой предстояла длинная неделя в душном офисе и обычная работа — просмотр протоколов заседаний городских властей, поиск разрешений и несоответствий, знакомство с новостями политического и финансового характера — короче, все, что пригодилось бы в написании интересной деловой статьи.

— А это что такое? — спросила Сюзан, кивая на экран.

Перед глазами Мелиссы снова предстали яркие цветы на зеленом фоне травы.

— Монтана. Именно туда я бы отправилась, будь у Сета хотя бы что-то отдаленно напоминающее сердце. Или на пару извилин побольше. — Откинувшись на спинку стула, Мелисса собрала свои прямые светлые волосы и подняла их над шеей, чтобы поток воздуха от слабенько работающего офисного кондиционера хоть немного охладил разгоряченную кожу. — Я бы полетела туда хоть сейчас, чтобы взять это интервью у Джареда Райдера.

— А в чем проблема? Лети! Почему нет?

Мелисса крутанулась в кресле и подняла глаза на Сюзан.

— Потому что Сет высказался недвусмысленно и категорично против.

Сюзан пожала плечами:

— Скажи ему, что заниматься исследованием протоколов городской мэрии ты можешь и дома. А сама — вперед, на самолет!

Мелисса скептически покосилась на коллегу:

— Ты предлагаешь мне соврать боссу и пойти ему наперекор?

— Да. Но твоим прощением станет взятое интервью.

Мелисса позволила волосам упасть на плечи. Нет, это абсурд! Об этом даже думать нельзя!

Сюзан нагнулась к ее столу и понизила голос:

— Если ты не возьмешь это интервью, кто-нибудь может тебя опередить.

— За такое самоволие меня могут уволить в два счета, — напомнила Мелисса.

— Или в два счета повысить, — возразила Сюзан.

— Легко тебе говорить…

Сюзан поудобнее пристроила свои фотоаппараты и поправила шляпу на голове.

— Разумеется, тем более, что решать все равно тебе. Или ты хочешь победить, не участвуя в забеге? — Она довольно улыбнулась, вспоминая. — Свой самый большой гонорар я получила, когда сняла в Линкольн-парке случайно выпущенных на волю львов.

— Неоправданный риск и идиотизм чистой воды, — ответствовала Мелисса, напоминая Сюзан, что та съемка закончилось тем, что взрослый проголодавшийся самец загнал отважную фотокорреспондентку на дерево. Спуститься она смогла лишь тогда, когда сотруднику из службы контроля за животными удалось загнать разгулявшегося хищника в клетку.