8...впервые за последние 10 минут грудь фейри напряглась, и он вздохнул, с шипением впуская в себя воздух -- насыщенный густыми запахами кислород еще больше подстегнул и без того яростный бег крови.

7...по неподвижному телу словно бы прошла волна, и к нему стремительно стали возвращаться чувства: слух -- журчание воды и звук биения собственного сердца, осязание -- прохладный воздух на коже снаружи и приятная истома отдохнувших мышц внутри, обоняние -- терпкие ароматы трав. Одна проблема -- чувства пока работали вхолостую и не могли никуда это передать.

6...сердце вышло на пик, а кровь едва не разрывала вены, проникая в самые мельчайшие капилляры -- под ногтями и на деснах выступила кровь, а от разогретой кожи пошел пар.

5...первый проблеск сознания: в темном и пустом мозгу возник постоянно растущий шар из мыслей, воспоминаний и чувств.

4...биение сердца упало и вошло в спокойный и естественный для организма ритм, кровь прекратила рваться из вен и потекла хоть и мощным, но уже не буйным потоком.

3...ком вернувшегося из забытья сознания заполнил собой почти весь временно пустующий мозг и будто ворочался в нем, устраиваясь поудобней, сигналы чувств начали доходить до адресата.

2...исчезла кровь на деснах и под ногтями -- тело фейри мгновенно залечило столь ничтожные раны, а пар сменил обильный пот.

1...тело слегка дернулось, словно получило электрический разряд, ладони повернулись и обхватили колени, а ком вернувшегося сознания стал тем, чем должен был быть  -- Дримм открыл глаза.

Одновременно с основным потоком сознания Дримм успевал делать множество разных дел.

Первым из таких дел стал обновленный таймер в сознании, вновь поставленный на десять минут. Таймер -- что-то вроде искусственно созданной ментальной проекции,  второй личности, но не полноценной личности, а ущербной, способной только на два отдельно запускаемых действия: точно не останавливаясь считать до десяти минут и второе, после конца отчета бить Дримма болью через каждые 5 секунд. Несмотря на свою простоту и ту легкость, с которой Дримм каждый раз посещая зал Раздумий создавал подобное примитивное, живущие только в его сознании существо, оно исполняло невероятно важную роль, не давая фейри забыться и остаться в этом месте навсегда. Причем Дримм сознательно сделал так, чтобы после активации второй функции он сам не мог ее отключить, и только выход из зала уничтожал второе Я и соответственно убирал растущую от удара к удару боль. Во время только что законченной глубокой медитации он не нуждался в подобном контроле, а вот после медитации сразу запустил оба действия. Дримм уже знал коварство зала и не доверял себе и именно поэтому неукоснительно соблюдал заведенный порядок, железное правило -- сначала контроль, потом все остальное. Впрочем особенностью столь коварного, но и в тоже время много, очень много дававшего места был невероятный рост возможностей ума и именно благодаря особенности зала, Дримм успевал переделать так много дел, обдумать так много мыслей, вспомнить и осознать многое из того, о чем даже не задумывался или чему не придавал значения вовне, легко найти решение сложных проблем и заодно проанализировать события как прошедших до посещения зала дней, так и гораздо шире и дальше в прошлое, а заодно подробно представить себе будущее, картину которого фейри удивительно ярко и объемно рисовал у себя в голове.

Помимо таймера Дримм успевал: разминать-нагружать связки, суставы и мышцы; более внимательно просматривать ментальные слепки сразу нескольких новичков; сравнивать свои впечатления здесь с ранними выводами, сделанными вне зала;  продумывать стратегию развития армии заготовок и вспоминать-оценивать недавний большой поход клана -- все это не прерывая основного потока мыслей, который не только тек в десятки раз быстрее чем обычно, но и часто с легкостью разделялся еще на два или три параллельных потока, что позволяло обдумывать проблему с разных сторон, а потом также легко вновь сливался в одно.