Рэйни кивнула.

— Мы также узнали кое-что еще.

— Что?

Рэйни и Бонни задали этот вопрос одновременно.

— У мистера Стерлинга только одна сестра. А это означает, что дочь сенатора Стерлинга-Бойса и его горничная читают наши романы. Такая информация на руку мистеру Финауэру.

Рэйни никогда не встречалась с директором издательства, но слышала, что все трепетали перед ним. Если бы судебное слушание пошло по неверному пути…

— Все хорошо, что хорошо кончается, дорогая.

— Ой, мам… — Рэйни бросилась обнимать мать и брата. — Спасибо, что прилетели мне помочь и все привезли, несмотря на то, что узнали обо всем в последнюю минуту. Результат был бы совершенно другим, если бы не вы!

Крег крепко обнял ее.

— Поздравляю с наградой, хоть ты и не сможешь получить эту премию.

— Спасибо.

— Ну и сестра у меня. Умудрилась выбрать единственного миллиардера в группе, — поддразнил он.

Рэйни уже не дрожала нервной дрожью, которая сотрясала ее последние двадцать четыре часа.

Ее брат усмехнулся.

— Кажется, мне придется наступить себе на горло и прочитать «Манхэттенского аристократа», чтобы постичь, почему мистер Денежный Мешок расценил это как вторжение в свою жизнь.

— Нам никогда не узнать, что именно в романе Бонни так его расстроило. Но тебе не мешает прочитать это действительно фантастически интересное повествование о семейных узах. К тому же эта книга обладает необыкновенной эмоциональной энергетикой. — Рэйни хмыкнула. — Может быть, это поможет тебе разобраться и в твоей не всегда удачной личной жизни.

— Что же тебе-то не помогло? — шепотом спросил Крег.

— Еще как помогло! Благодаря чтению романов я поняла, что должна ждать, пока не встречу того единственного, за которого хотела бы выйти замуж. Пока что мне такой еще не попался.

— Мисс Беннетт, — раздался у нее за спиной низкий мужской голос.

Рэйни резко обернулась и почувствовала, что у нее голова идет кругом. Человек, которого она рисовала и которого столько раз видела в мечтах, стоял перед ней.

Она скользнула взглядом по знакомым чертам. Возле глаз и рта пролегли линии, которых не было два года назад. Виной тому была преступница, которая сделала инвалидом невесту этого человека…

Без сомнения, ему было нелегко, когда он увидел себя на обложке «Манхэттенского аристократа», книги, в которой было так много совпадений с его судьбой, что он не только ощутил вторжение в свою жизнь, как сказал Крег, но и почувствовал угроз.

— Я бы отдала все, что в моих силах, чтобы избавить вас от боли и страданий, которые доставила вам и вашей невесте… — выпалила Рэйни. Ее затуманенные зеленые глаза заблестели от слез, дрожавших на кончиках черных ресниц. — Пожалуйста, передайте ей, как сильно я сожалею, что стала человеком, который снова превратил вашу жизнь в кошмар. Не могу даже представить себе, какой ужас должны были пережить вы оба и ваши семьи.

— Это действительно так, не стану от вас скрывать.

Его честность была столь же убийственна, как взгляд его синих глаз, от которого ее бросило в жар.

Рэйни отвела глаза.

— Это ужасно, когда знаешь, что сделала что-то такое, чего уже не исправить. Это все равно что пытаться поймать воздух, выходящий из воздушного шарика. Если бы я могла повернуть время вспять, зная то, что знаю сейчас… — с сожалением произнесла она.

— Точно, — с чувством пробормотал Пэйн. — Мой адвокат свяжется с мисс Карлоу относительно тех моих портретов, которые принадлежат вам.

Рэйни кивнула.

— Вы, естественно, захотите получить доказательства того, что все они уничтожены.