Рэйни кивнула.

— Вы, естественно, захотите получить доказательства того, что все они уничтожены.

— Извините, что перебиваю, мисс Беннетт, — вмешался в разговор адвокат Пэйна, — мне необходимо переговорить с моим клиентом.

— Конечно. — Она снова подняла глаза на Пэйна Стерлинга. — Спасибо, что не стали настаивать на обвинениях против нас. Всегда буду вам благодарна. — Ее голос задрожал. — Благослови Бог вас и вашу невесту.

Реальность его физического присутствия плюс ощущение исходящей от него боли заставили ее сердце снова сжаться от чувства вины.

— Что такого он сказал тебе, что так тебя расстроило? — шепотом спросил Крег, когда Рэйни с ним и матерью выходила из зала.

— Ничего. Я просто чувствую себя ужасно из-за того, что добавила еще больше боли ему и его семье.

— Это же непреднамеренно, и он знает это, — успокоила ее мать. — Порадуемся тому, что все хорошо закончилось. Поскольку нам с Крегом утром улетать обратно домой, может, отпразднуем победу и отправимся на пароме на Стэйтен-Айленд, если еще не слишком поздно? Мне давно хотелось это сделать.

— Прекрасная мысль, мама. — Все что угодно, лишь бы отвлечься хоть ненадолго от мыслей о Пэйне Стерлинге. — Поймаем такси перед зданием суда и поедем к терминалу. Насколько я помню, в час пик паромы отплывают часто.

— А когда вернемся, пойдем куда-нибудь поужинать, — предложил Крег. — Куда лучше пойти?

— На Бонд-стрит есть прекрасный суши-бар.

Рэйни сказала это для Крега. Его пристрастие к мясу было хорошо известно. Увидев их кислые физиономии, Рэйни засмеялась.

— Я пошутила. Поведу вас в «Дель Фриско». Там подают лучшие бифштексы на всем Манхэттене.

— Вот это другой разговор.

Они вышли на улицу, чтобы поймать такси.

— Тебе ведь здесь нравится? — спросила мать.

— В общем да. Но столпотворение иногда раздражает. Когда живешь тут постоянно, нужно много денег, если любишь уединение.

— Слава богу, в Гранд-Джанкшен это бесплатно, — сказал Крег и пронзительно свистнул. Результат не замедлил сказаться. Одно из проезжавших мимо такси тут же остановилось.

Они сели в машину. Рэйни наклонилась вперед, чтобы назвать водителю адрес.

— Терминал Уайтхолл, пожалуйста.

Когда водитель включил двигатель, Рэйни увидела Пэйна Стерлинга с его адвокатом. Оба в солнцезащитных очках, они выходили из здания суда, окруженные группой мужчин в деловых костюмах.

Они сели в лимузин с затемненными стеклами.

После несчастного случая, в результате которого его невеста оказалась парализованной, Пэйна всегда сопровождала надежная охрана. Как ужасно быть мишенью, куда бы ты ни отправлялся. Рэйни содрогнулась при этой мысли.

Крег с беспокойством взглянул на нее.

— Все в порядке?

— Я благодарна ему за то, что он не стал настаивать на обвинениях, но продолжаю чувствовать себя виноватой.

— Как сказал судья, тут не было никакого злого умысла. Считай это одним из захватывающих эпизодов твоей нью-йоркской жизни. Когда-нибудь вспомнишь и посмеешься.

— Надеюсь.

— Крег прав, солнышко. Я уверена, что мистер Стерлинг почувствовал облегчение оттого, что ни ты, ни Бонни Ригли не оказались его преследователями.

— Даже если это и так, он, должно быть, ни на минуту не забывает о том, что его невеста прикована к инвалидной коляске из-за какой-то слабоумной, которая вообразила, что влюблена в него.

— Это расплата за такое имя, как Стерлинг, и за банковский счет, благодаря которому может вечно существовать фонд для бездомных.