Изменить размер шрифта - +
Теперь, познав мир магии и возглавив свой собственный ковен, девушка понимала, что болезнь Барбары — не случайность.

«Это был первый удар Майкла: ему нужно, чтобы я вопреки своим планам оставалась в Сиэтле, а не уезжала жить к Барбаре... Он хочет меня убить».

В потоках ледяного дождя сверкали молнии. Переполненные энергией разряды разлетались ломаным ветвистым веером, словно что-то нащупывая, и били в землю. Семейный «универсал» про­бирался через лужи, как неповоротливая утка; Холли чувствовала себя в нем беззащитной и решила бросить машину, чтобы последние три квартала до дома Кари Хардвик проделать бегом.

Кроме многочисленных заклинаний ее скрывал плащ-невидимка, сшитый tante Сесиль, вудуистской колдуньей-мамбо, и Дэном Картером, индейцем-шаманом. Хотя плащ оказался далеко небезупречным — часто терял свою силу и открывал ее посторонним взглядам, — Холли не рас­ставалась с ним с тех самых пор, как получила его в дар, через неделю после битвы Черного огня на прошлый Белтайн.

Ковен ждал ее в одной из квартир аспирантского дома — перестроенного особняка в викто­рианском стиле, неподалеку от Вашингтонского университета. Собрать Круг потребовала хозяйка квартиры, Кари. В темный час души, в три пополуночи, ее разбудил страшный сон, который мгновенно позабылся. Затем, словно по чьему-то зову, девушка подошла к окну — комната находилась в одной из башенок здания — и в ужасе застыла: мимо проносились огромные, черные как смоль птицы. Скорее всего, это были гигантские соколы.

 

Соколы...

Тотемы семьи Деверо.

Если Майкл Деверо вернулся в Сиэтл и тем более если спас своего сына Илая, то ковену Катерсов-Андерсонов грозила серьезная — вероятно, смертельная — опасность. Колдуну не терпелось поставить точку в многовековой истории кровавой вражды двух семей. Только смерть всех ведьм из рода Катерс — Холли и ее двоюродных сестер Аманды и Николь — смогла бы утолить эту жажду мести.

Теперь Холли как главе ковена предстояло защищать свой Круг и беречь собственную жизнь.

Против колдунов девушка была почти безоружна. Едва ли год прошел с тех пор, как она откры­ла, что принадлежит миру магии, в то время как старинное семейство Деверо никогда не забывало об опаснейших соперниках и своих заклятых врагах. Пусть Холли и носила фамилию Катерс, происходила она из Каоров, благородного ведьминского рода средневековой Франции. Время унесло имя и память о прошлом старинного семейства. Холли подозревала, что отец все же ведал, какая кровь течет в его жилах, но наверняка ей было известно только то, что он порвал с родней из Сиэтла. О тете и двух своих кузинах девушка впервые услышала только после его смерти.

Холли иногда задумывалась: что сказал бы отец, узнай он, как сильно его дочь поначалу отвергала свои способности, а потом встала во главе настоящего ковена. И не так уж важно, что компа­ния подобралась чрезвычайно неоднородная: люди разных способностей, принадлежащие разным магическим школам. В Круг входили Аманда, ее друг Томми Нагаи, колдунья-мамбо Сесиль Бофрер с дочерью Сильваной, а также остатки Мятежного ковена Жеро: Эдди Хинук, его любовник Кьялиш Картер и Кари Хардвик, бывшая девушка Жеро. Отец Кьялиша — тот самый шаман, который изготовил плащ-невидимку, — формально в делах ковена не участвовал.

Против сил зла, восставших на них, ковен Катерсов-Андерсонов был все равно, что бумажный кораблик против океанских волн.

Прямо над головой дугой сверкнула молния, прервав ход тревожных мыслей. Впрочем, другие в последнее время девушку и не посещали.

Из размытых дождем окон на улицу выглянули люди — взволнованные и одновременно со­гретые мыслью о громоотводах, которые берегут их жилища. Однако Холли знала: если молнию пошлет Майкл Деверо, то дом сгорит дотла и никакой громоотвод не поможет.

— Богиня, осени благословением, — прошептала Холли, вжимаясь в тень и поплотнее запахивая на себе плащ.

Быстрый переход
Мы в Instagram