— Нам повезло, — заметил я, — что кому-то пришла в голову мысль перенести хоть часть базы под землю. Чертовы облачники чего-чего, а бомбить умеют. Не будь этого ангара, нам пришлось бы до сих пор торчать наверху — тем из нас, кто оставался бы еще жив.

Мрачно кивнув, Уильямс завел глайдер в кабину лифта, и мы устремились вниз сквозь сотню иралов гранита, защищавшего основное помещение базы. Зато, когда мы выехали из лифта внизу, дорога оказалась безукоризненно ровной и без соринки.

— Здорово вы накрутили ребят из отдела обеспечения, — заметил я. — По крайней мере это место напоминает сейчас военно-космическую базу, а не свалку.

— Ну, это не везде, — вздохнул Уильямс. — Впрочем, я здесь вообще практически ни при чем — Джилл Томпкинс сама вытянула это. Все, что пришлось сделать мне, — это выставить взашей ее предшественника, засранца из КМГС. Признаюсь, сделал это с огромным удовольствием.

Подняв облако возмущенных гравитонов, мы затормозили у огромных бронированных ворот ангара, выбрались из глайдера и поспешили на смотровую площадку, вырубленную в скальном массиве в нескольких иралах выше линии прилива. За всеми своими делами я даже не заметил, какое прекрасное стояло утро: с моря веял свежий ветер, по небу бежали пухлые облачка, морские птицы гонялись друг за дружкой. Вдали, оставив за собой два длинных пенных следа, оторвалась от воды пара «Звездных Огней». Когда бы не следы разрушений — и десятки обгоревших полузатопленных остовов в акватории, — это мгновение вполне могло бы стать одним из тех, когда забываешь о том, что вокруг бушует война. Увы, передо мной стояло слишком много проблем, чтобы сполна насладиться этим мгновением.

— Вам что-нибудь известно об этих людях? — спросил я.

— Ничего, — с усмешкой признался Уильямс. — Если не считать того, что я чертовски рад тому, что они здесь.

По опыту я ожидал их через год, что дало бы нам пару месяцев на то, чтобы подготовиться к их встрече.

— Угу, — согласился я. — Я тоже представлял это себе примерно так.

— Ну, не знаю уж, что такого вы сотворили там, на Авалоне, но это здорово ускорило события, — заметил Уильямс. — Сначала ко мне принесся, высунув язык, один из парней с КА'ППА-связи, размахивая депешей от этого полковника Андерсона — вы упоминали это имя на совещании, а потом — бац! — две эскадрильи из… как там ее… пятьдесят шестой истребительной группы, да еще транспорт, под завязку набитый запчастями, и то, и другое в полудне пути от нас. — Он рассмеялся. — Ну, должен признаться, нам пришлось пошевелиться немного. Подготовили тридцать три причальных места — всего шестнадцать пирсов. Похоже, их корабли не маленькие, если к одному пирсу становится не больше двух, а уж их «малый транспорт» так и вообще влезает только один.

— А мне интересно, с чего это они назвали истребители «Василисками», — сказал я, нахмурившись. — И еще одно: кто такой этот полковник Андерсон? Какое вообще отношение имеет тип из сухопутных войск к звездолетам?

— Я наводил справки, — пояснил Уильямс. — Насколько я понял, у карескрийцев вообще нет флота — во всей Империи имеется только один, наш Флот, а они сохраняют какое-то подобие независимости. Поэтому организационно они относятся к Экспедиционному Корпусу. — Он усмехнулся. — Выходит, они формально подчиняются старине Хагбуту с Авалона, но поскольку тот ходового кристалла от штурвала не отличит, они фактически предоставлены самим себе.

Я закатил глаза.