— Ручеек! — очень удачно навстречу попалась вторая моя как бы секретарша. — Собирай Совет, будем думу думать.

— Ага, — кивнула девчушка, преданно поедая меня взглядом. — То есть поняла, всё сделаю. А когда?

— Да они, вроде, все в городе, — прикинул я. — Давай через два часа.

Так-то при рождении её назвали Белянкой, но голос звонкий, словно ручей бежит, и петь любит. Вот и прилипло.

Пока старейшины собираются, самое время подумать, что делать дальше. Запас энергии на первое время есть, сразу глупеть не начнем, кроме того, лучшие исполнители с индивидуальными контрактами от регресса застрахованы. Когда с Огневыми разошлись, на скудном пайке девять лет сидели. Сложное было время, но выстояли, продержались.

Как всегда, вспомнив Огневых, поморщился. Сколько лет прошло, а до сих пор не знаю, правильно ли тогда поступил. Мы не захотели участвовать в гражданской войне, в которой не было правой стороны, и ушли. Наши извечные партнеры и конкуренты вороны остались и, вроде бы, сейчас у них всё хорошо. Кто знает, что стало бы, останься мы? Может, и битвы в долине Столпов не случилось бы, и Мстислав был бы жив.

Восемьсот лет вместе, и так глупо закончилось.

Мысли не мешали заниматься делом. Мой кабинет располагался на втором этаже, все важные документы хранились там, в зачарованном сейфе. Воровать тут некому, но могут залезть из любопытства и набедокурить. Вытащив свиток договора, задумчиво подкинул его в руке, примеряясь, после чего меланхолично провел по тексту сверху вниз пальцем с отросшим когтем. Договор полыхнул, теряя энергию, превращаясь в обычную бумагу. Подобные документы зачаровываются, уничтожить их сложно, однако у создателя вещи всегда есть привилегия.

Где найти замену, чья энергия нам подходит? Важевские утратили алтарь, из некогда могучего клана остался десяток стариков и детей. Рачеевы проживают в Осеннем Царстве, в котором слишком много кланов, тесно связанных с нашими врагами, волками и змеями. Бойкие уже связаны с куницами, два народа они не потянут. Кто там ещё?

Перебрав десяток оставшихся кандидатов, пришел к неутешительному выводу. Хороших нет, есть парочка приемлемых, вот с ними и надо работать.

Выглянул в окошко. Как всегда, перед собраниями Совета на площади возле дворца крутилась стайка вездесущих мальчишек. Ну, судя по отметкам в общем зале, все собрались, так что пора спускаться и начинать.

В Совет нашего Народа входит пятеро старейшин, не считая вашего покорного слуги. Игорь, глава охотников, Ждан, которого условно можно назвать верховным магом, главврач госпиталя Татьяна, начальник стражи Острозуб и моя «верховный визирь» Дарина. Не знаю, что бы я без Дариночки делал, наверное, крышей бы поехал окончательно. А так — ничего, держусь! Вроде бы.

Зайди сейчас в зал какой-нибудь чиновник из людей — решил бы, что мы собрались на пирушку. Советники развалились на диванчиках и вовсю чесали языками, поприветствовав обожаемого лидера, то есть меня, кивками, помахиванием рук и хвостов, громкими возгласами и тому подобными невразумительными жестами или звуками. Не прижился в племени строгий этикет. Живем долго, все друг другу родственники, я неформальное общение поощряю, как следствие со стороны мы выглядим натуральными поклонниками хаоса и матерыми нигилистами. Мнение ошибочное, но сложившаяся репутация слишком удобна, чтобы её менять.

Разговоры прекратились, стоило мне усесться на свое место, единственным звуком осталось еле слышимое гудение силового поля, отсекшего зал от остального мира. Мы, конечно, местами анархисты, но выносим на всеобщее обсуждение далеко не всё.

— Итак, мы расстались с Бобровыми, — озвучил я общеизвестное. Уверен, сплетня уже разлетелась по округе. — Мы долго к этому шли, аргументы за и против вы знаете, поэтому повторятся не буду.