– Не панковская! Не панковская! – закричали все и вдруг начали рвать на себе одежду.

Дуся за неимением майки решила порвать чью-то кожаную куртку. Это всем очень понравилось. Стали дружно аплодировать, опять поливать ее пивом и улюлюкать. Только Рэбидж надулся, ушел в угол и уселся там на какую-то спящую девицу. Видно, ему не очень понравилось заявление друзей, что собака все же не панковская.

Дуся была вне себя от восторга. Ее хватали за хвост, намазывали ей морду кремом, к тому же она умудрилась оторвать от куртки рукав и теперь трепала его, отчаянно вертя головой.

– Заткнитесь, бакланы! – вдруг закричал Рэбидж и вскочил с девицы. – Сделаем из нее панковскую собаку!

– Сделаем панковскую собаку! Панковскую собаку! Сделаем из нее панковскую! – обрадовались все еще больше, хотя больше, казалось бы, уже некуда.

И Дуся еще громче залаяла от восторга, подпрыгивая чуть ли не под потолок…

– Ну вот, кажется, все. – Наташа выключила пылесос и устало вздохнула. – Более-менее чисто.

– Ну тогда пошли, пока хозяйка не вернулась. – Дина стянула резиновые перчатки и принялась загружать тележку пластиковыми бутылками со всевозможными моющими средствами. – Не забудь только пса выпустить.

– А может, его там оставить? – Наташа с трудом водрузила на тележку тяжеленный моющий пылесос. – Пусть сидит, пока хозяйка не придет.

– А если потоп устроит? Нет, лучше выпустить.

Наташа открыла дверь в ванную и сказала:

– Ну выходи. Ой, а где она?

– Под раковиной посмотри! – засмеялась из комнаты Дина.

– Ты знаешь, а ее тут нет… – Наташа огляделась по сторонам и тут заметила, что дверь в коридор открыта. И вдруг почувствовала, что у нее подкашиваются ноги.

– Дина… – тихо позвала она. – Дина, поди сюда.

– Ну чего тебе? – Дина выглянула из комнаты.

– Дина, а она ушла, – прошептала Наташа, побледнев, как лист бумаги.

– Куда ушла?

– В дверь…

Давно Наташа так не бегала. Последний раз это было в институте, сдавала зачет по физкультуре. А теперь носилась по этажам, заглядывая в каждый угол, в каждый туалет и стараясь при этом не попасться на глаза начальству. И все время бормотала под нос:

– Только бы пронесло… Только бы пронесло…

А если она убежала на улицу? Хотя нет, не могла, двери на лестницу заперты, а лифтом она пользоваться не умеет. А если умеет? Чушь какая, не может такого быть… Значит, зашла к кому-нибудь в номер. Ну конечно, в гости. Здравствуйте, я ваша соседка по этажу, заглянула познакомиться. Тоже чепуха. Ну где же она, где же?..

Наконец, увидев Дусю, Наташа сначала подумала, что это какая-то другая собака, что это вообще не собака, и пробежала было мимо. Только потом сообразила, что других собак на этом этаже быть не может.

– Это т-ты? – Наташа боялась поверить своим глазам. – Что с тобой случилось?

Дуся сидела у своей двери, смотрела на Наташу веселыми глазами и радостно виляла хвостом. Одно ухо у нее было синего цвета, второе оранжевое. Хвост был зеленым, лапы какими-то малиновыми, а один бок вообще в полоску.

Наташа тихонько опустилась на пол рядом с собакой и заплакала…

Пайпс повесила трубку и закурила. Есть женщины, которым идет курить. Да-да, именно идет. Как правило, женщины, закурившие в ранней молодости ради кавалера, ради самоутверждения, дабы насолить взрослым или просто чтобы не отличаться в компании, в которой варятся, – так до старости и не могут избавиться от усвоенного ранее тона и манеры поведения.