— Что же для тебя серьезно? Замужество?

У Кейси перехватило дыхание.

— По-моему, нужны серьезные чувства, чтобы лечь в постель. Наверно, в твоих глазах я пуританка. Пусть так.

— Но я говорил, что чувствую к тебе, не так ли?

— И я знаю, что значат эти чувства. Ты мне хорошо объяснил.

— Черт возьми, Кейси! Мы же всего несколько дней знакомы, что ты хочешь от меня услышать?

— Я тоже так думаю. Мы знакомы всего несколько дней. — Кейси увидела вывеску мотеля и салуна. — Я буду признательна, если ты станешь держаться от меня подальше, — сказала она, как только «комби» въехал на стоянку.

Пирс остановился рядом с ее машиной.

— А Радману ты тоже прикажешь держаться от тебя подальше?

Кейси вздернула подбородок.

— Прикажу, если он будет приставать ко мне, как ты. Но Кайл не такой нахал, имей это в виду.

— Да, я забыл, — Пирс сардонически усмехнулся, — он джентльмен.

— Может, тебе это и не по вкусу, но это действительно так. — Кейси взялась за ручку двери. — Спокойной ночи!

Пирс подождал, пока Кейси зашла внутрь и включила свет, а потом медленно поехал прочь в полной растерянности.

На следующее утро, в четверть одиннадцатого, во время перерыва, Даллас и Кейси остались одни в салуне. Даллас сразу же стал доставать пылесос, но Кейси подошла к нему, прежде чем он успел включить его.

— Дедушка, давай отложим это на несколько минут. Мне надо поговорить с тобой.

— Давай поговорим. Но мне бы хотелось пропылесосить, пока нет посетителей, детка.

— Я понимаю. Но тут так редко не бывает посетителей, что у нас нет другого времени для разговора.

— Ладно, хорошо. Присядем? — согласился, подумав, Даллас.

— Пожалуйста. — Подойдя к столику, Кейси присела на стул. Через стол она поглядела старику прямо в глаза. — Дедушка, ты знаешь, что я люблю тебя, правда?

Щеки Далласа порозовели, он кивнул:

— Я тоже тебя люблю. И я горжусь тобой, детка.

Кейси с надеждой устремилась вперед:

— Я могу говорить откровенно?

Даллас откинулся на спинку стула.

— Тебе не нравится это место? А я так надеялся, что понравится.

— С этим местом все в порядке, дедушка. Беспокоит меня лишь то, что ты уехал и живешь в тысяче миль от дома.

— Потому что я уже стар?

Кейси напряглась.

— Я не хочу быть жестокой, — мягко сказала она, — но, по правде говоря, если бы ты был на двадцать лет моложе, я бы не волновалась.

— Я себя очень хорошо чувствую, Кейси. Лучше, чем все последние годы.

— Я тебе верю. Ты отлично выглядишь. Но сейчас стоит прекрасная погода. А что будет зимой? Ведь тут очень холодные зимы.

Даллас внимательно посмотрел на внучку.

— Чего ты от меня хочешь?

Помедлив, Кейси тихо произнесла:

— Чтобы ты поехал со мной домой. Продай мотель Кайлу Радману и возвращайся в Сан-Франциско. Я не могу тут задерживаться, и меня ужасает мысль оставить здесь тебя одного.

Даллас снял очки, протер их и снова надел.

— Итак, вот в чем проблема. Если я останусь — плохо тебе, если я уеду — плохо мне.

Кейси нахмурилась.

— Я думаю только о тебе, дедушка. Почему тебе будет плохо в Сан-Франциско? Это же твой дом, ты прожил там всю жизнь.

— Я ничего не имею против Сан-Франциско, Кейси.