– Мы были любовниками. Работали вместе три года над разными проектами, и восемнадцать месяцев она спала с другим членом нашей команды.

От такой новости Иона даже приподнялась на локте и внимательно посмотрела на него.

– Боже, и вы все вместе еще работали? И тебе не захотелось убить его?

– Ее.

– Как это – ее? – удивилась она.

– Это была она. Энджи. Как можно соревноваться с женщиной? Если бы то был другой мужчина, я еще понимаю. Но женщина… Даже представить не могу, как тут можно соперничать.

– Ну и как же ты поступил? – спросила Иона мягко.

– Я просто ушел. Продал дом, уехал, вернулся сюда.

– И никому ничего не сказал.

– Откуда ты знаешь?

– Я всех, кого могла, расспрашивала о Кейт, и никто ничего о ней толком не знает. Эмили говорит, что это твое дело – рассказать мне или нет, и это хорошо, потому что никто, кроме меня, не сможет выудить из тебя этот рассказ.

Она снова опустила голову и прильнула к нему, он крепко прижал ее к себе.

– Это ужасно с ее стороны. Она обоих вас обманывала, несколько лет. Неудивительно, что ты сбежал от нее.

– Не сбежал. Просто ушел. Она пыталась меня вернуть, но я твердо сказал «нет». Потом та девушка ее бросила.

Иона старалась это понять, но не могла.

– Но почему она не рассказала тебе обо всех своих чувствах? Зачем надо было так долго притворяться?

Он пожал плечами.

– Из-за ее отца. Он был священником и никогда бы не понял, что она живет с женщиной. Я был нужен ей для прикрытия.

– Вот это да…

Она нежно погладила его, радуясь возможности утешить. И как эта дурочка Кейт упустила такого мужика?

– Сущий ад! – воскликнула она.

– Да. Но теперь все кончено.

Так ли? Иона была в этом не уверена. Он до сих пор страдал от последствий разрыва. Наверняка он любил ее.

Или нет?

Купили всего много. В первую очередь, большую удобную детскую коляску, о которой она давно мечтала. Она сможет ходить с этой коляской по магазинам, потому что внизу у нее продуктовая сетка-корзинка. Еще они купили кроватку, и специальный стульчик, и много одежды.

Это был сказочный день. Они даже пообедали в кафе на берегу – рыбой и чипсами, после чего прогулялись вдоль берега и полюбовались на огромные выступы скал и массивные скульптуры, рассыпанные по всему берегу.

– Как мне это нравится, – говорила Иона, задумчиво поглаживая теплый металл.

– Мне тоже. Многим, напротив, не нравится – либо сама скульптура, либо ее расположение. Говорят, что это отрицательно влияет на настроение здесь, на берегу, но я думаю, наоборот, это подчеркивает красоту побережья.

Они прошли еще немного вперед, а потом отправились назад к машине и – домой:

Домой. Забавно, как быстро и само собой выскакивает это слово, думалось Ионе. Тем же вечером он пригласил ее в китайский ресторанчик, в тот самый, где они обедали в первый день знакомства. Вот и теперь они заняли ту же самую скамейку и сидели там, взявшись за руки. Удивительно, что они встретились только неделю назад. А кажется, прошла целая вечность.

На следующий день он пригласил гостей на пикник, который устроил в саду. В быстром темпе пришлось закупать продукты, а Ионе – готовить из них умопомрачительные блюда.

Гостей было много. Даже очень.

Сначала она пробовала их посчитать, но сбилась со счету из-за бесчисленных детишек, которые сновали туда-сюда, как муравьи, и никак не поддавались счету. Тут были Эмили и Гарри, Ник и Джорджи и их дети. Еще был Джордж Колдуэлл, отец Джорджи, который жил недалеко отсюда, и мать Ника, Лиз, имевшая собственную квартиру в доме, где жили Ник и Джорджи, и там же у нее была художественная студия.