На какое-то мгновение у монитора повисла гробовая тишина. Пацаны как по команде схватились за головы и застыли.

Бли-и-ин! — наконец, вырвалось у белесого, и он в сердцах отшвырнул от себя мышку. — Эта долбаная игра… Да это невыполнимая миссия! Дайте мне молоток, я сейчас расшибу здесь все вокруг!

Я сейчас расшибу кому-то! — грозным голосом отозвалась хозяйка клуба.

Все, — гробовым голосом констатировал долговязый, снимая запотевшие очки. — — Мы продули. Осталось три минуты.

— Ребята, ну что делать? Надо что-то делать! Может, попытаться как-то в обход? — едва не плача, заговорил мелкий мальчик с веснушчатым носом.

Я решил сыграть ва-банк. Если сумею помочь ребятам, они потом мне на любые вопросы ответят.

— А в чем суть игры? — спросил я.

Никто не обернулся. Парни продолжали пялиться на экран, словно пытались гипнозом оживить погибших бойцов и остановить время.

— Где-то в руинах снайпер террористов засел, — скучным голосом отозвался белесый. — А нам надо перебежать через двор и зайти в ту дверь. Там чемоданчик с ядерным зарядом. Если не успеем, то террористы взорвут его.

— И всей стране — кранты, — резюмировал долговязый.

Какая винтовка у снайпера — известно? — спросил я, вежливо протискиваясь к экрану.

«СВД», — прочитал с экрана белесый. — А что это такое — фиг его знает.

— Это снайперская винтовка Драгунова, — пояснил я. — Калибр — семь шестьдесят два, магазин на десять патронов. Сколько раз он уже выстрелил? Пацаны подозрительно покосились на меня.

Восемь раз. Восемь трупов. А какая разница? — Еще два выстрела, и ему придется менять магазин, — пояснил я. — А на это нужно дополнительное время… Дайте-ка я сяду!

Парни расступились, освобождая место у монитора. Им нечего было терять, до конца игры оставалось всего полторы минуты. А я вроде как давал им шанс. Я поднял спецназовца, заставил его перепрыгнуть через забор, но тотчас повернул его в обратную сторону и снова упрятал за забором. С опозданием щелкнул выстрел снайпера.

— Ух ты! — Парни обалдели от такой военной хитрости. — А как это вы так?

— У снайпера запрограммировано одно и то же время для прицеливания и выстрела, — ответил я.

Я еще раз проделал тот же фокус, и снайпер снова выстрелил с опозданием.

— А вот теперь бежим без оглядки! — с азартом выкрикнул я, невольно увлекшись игрой. Мой боец выскочил из-за своего укрытия и побежал через двор к заветной двери. У парней началась тихая паника. Тот, что был с веснушками, отвернулся от экрана и даже молиться начал.

— Ну! Ну! Ну! — во весь голос орали его товарищи.

Я благополучно довел бойца до противоположной стороны двора и затолкал его в дверной проем. На экран под звуки торжественного марша выплыла надпись: «Миссия выполнена! Вы победили!»

Парни хором взревели, как на футбольном матче, стали прыгать и размахивать руками. Я вскочил со стула и тоже подпрыгнул от избытка эмоций. Вот бы в реальной жизни так! Но в игре все просто и ясно — это враг, а это друг, и вот такая у нас цель. А кто в жизни мой враг? Где он? Почему он мой враг? Чего он от меня добивается?

Я подождал юных борцов с терроризмом на улице.