Он напал так молниеносно, что я в удивлении отскочила в сторону и только крепче прижала к себе сына. Мои руки были заняты, и я ничем не могла помочь своим друзьям. Гуда рванулась в бой наравне с мужем. Ингрид и Сольгерд спрятались в камнях. Зазвенела сталь, пролилась первая кровь. Я спряталась в тени, которую отбрасывали от огня факелов скалы, когда Данн внезапно проснулся и захныкал.

— Нет, сынок, только не сейчас! — простонала я, как вдруг увидела, что на меня несется один из головорезов Дагона. Я вскочила на ноги и рванулась в сторону, надеясь, что цель воина не я. Но он упорно преследовал меня. Я побежала по берегу, пока не уткнулась в высокие скалы, заграждающие проход дальше. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что оказалась в ловушке. Преследователь нагнал меня и внезапно остановился, увидев, что мне больше некуда бежать.

— Попалась! — произнес он.

Я сбросила теплую накидку на снег и положила на неё плачущего сына, все время не отрывая взгляда от врага. Вынула из ножен острый кинжал и направила его на воина. Тот только улыбнулся увидев, как я пытаюсь защищаться с помощью маленького ножичка против огромного стального меча.

— А ты с характером, — рассмеялся он, — Мне такие нравятся!

За его спиной шла битва, но я не обращала внимания ни на что, кроме глаз своего врага. Он смотрел на меня неотрывно, но когда напал, я с легкостью отклонилась в сторону, успев полоснуть его по руке. Острая сталь прорезала плотную ткань и оставила глубокую рану на коже.

— Да ты неповоротлив, — рассмеялась я.

Дико зарычав, воин бросился на меня, я едва успела отразить удар его меча. Меня отбросило в сторону. Конечно, кинжал против меча был просто бесполезен. Я понимала, что единственный способ, которым я смогу достать этого верзилу, это быстрота и ловкость. Ему этих талантов явно не хватало, зато я, благодаря Гуде, владела ими в совершенстве. Когда он напал снова, я пригнулась и, полоснула его чуть выше колена и опять мой острый помощник оставил после себя глубокую рану. Когда он повернулся ко мне, я уже стояла на ногах, внимательно следя за ним. Но внезапно я застыла от ужаса. Воин стоял возле моего ребенка. Увидев младенца, он схватил его и поднял над своей головой. Данн заплакал ещё громче.

— Что, поубавилось прыти? — спросил верзила, — А теперь попрощайся со своим отродьем! — он взмахнул мечом, намереваясь разрубить моего сына напополам. Я словно превратилась в камень, мое сердце остановилось. Все произошло в считанные секунды, как вдруг мимо моего лица сверкнула сталь и я увидела, что воин, державший моего мальчика, опустил меч и осел на землю. Я рванула к нему и выхватила ребенка. Обернувшись, увидела Дагона. Он стоял, с трудом переводя дыхание. Я вздрогнула от неожиданности. Теперь я поняла, что это именно он спас моего сына, убив своего собственного человека. Наши взгляды встретились, как вдруг я увидела мелькнувшую за спиной бога черную тень. В тот же миг кто-то ударил его мечом. Я закричала и бросилась к нему. Дагон упал. За его спиной стоял Эйрик. Он намеревался ударить ещё, но выскочила перед ним и закричала:

— Не смей!

Эйрик отшатнулся.

— Он спас моего сына, — я все еще кричала.

Эйрик опустил меч и взял меня за руку.

— Идем! — сказал он, — И успокой, наконец, сына.

Мы прошли мимо лежащего на снегу Дагона. У меня появилось огромное желание подойти к нему и помочь, но я не сделала этого.

— С ним все будет в порядке, — произнес Эйрик, заметив, куда был направлен мой взгляд, — Ты не забыла, он бессмертен!

Мы вернулись на берег. Из людей Дагона никто не выжил, их все-таки было слишком мало против людей купца. Шаган уже был на корабле, ждали только нас.