— Что происходит? — спросила я и прежде чем успела что-то понять, Эйрик схватил меня в охапку и приставил к горлу нож. Его рука крепко прижимала меня к себе, и я не могла даже шелохнутся. Он оказался невероятно сильным. Его рука была словно отлита из стали.

— Сделаешь хоть шаг, и я перережу ей горло, — сказал он, — Она ведь теперь не бессмертна! — Я не узнала его голоса. Рядом со мной был совсем другой человек и это был не тот Эйрик, который постоянно поддерживал меня в трудную минуту и помогал во всем. Это был другой мужчина, которого я не знала, расчетливый и жестокий.

Дагон улыбнулся. Я смотрела в его глаза и видела в них холодную решимость, но внезапно глаза его расширились и я ощутила слабый ветерок со спины. И женский голос произнес:

— Эйрик, не будь таким сентиментальным!

Я хотела обернуться, чтобы посмотреть на говорившую, но не могла. Этот голос! Я узнала его. Там, в пещере, это была она!

— Орана, — произнес Дагон, — Даже не думай это сделать! — в его голосе прозвучала угроза.

— Даже папочка не воскресит её! — засмеялась богиня. Я внутренне похолодела, моментально вспомнив эту женщину, — А ты знаешь, Дагон, в это трудно поверить, но она действительно оставалась верна тебе все это время. Мне приятно сказать это тебе теперь, что бы ты смог вдоволь насладится теми угрызениями совести, после того, как потеряешь её уже навсегда! — она рассмеялась ещё громче.

— Кончай её, — в голосе богини слышался явный приказ.

Эйрик приблизил свое лицо ко мне. Я почувствовала, как его дыхание коснулось моей щеки.

— Ты еще можешь все изменить, — шепнул он мне на ухо. Я неотрывно смотрела в глаза Дагона. Мои губы изогнулись в кривой улыбке.

— Нет, — ответила я тихо.

Эйрик полоснул меня лезвием по горлу. Страшная боль обожгла мою кожу, я почувствовала, как кровь фонтаном брызнула в стороны и упала на пол с широко распахнутыми глазами. Дагон бросился ко мне, а Эйрик и Орана уже вошли в светящийся за их спинами портал.

— Прощай, моя дорогая! — смеясь, сказала богиня, прежде чем исчезнуть в синем пламени.

Я захлебывалась в крови. Дагон прижал к моему горлу ладонь. Я беспомощно открывала рот, как выброшенная на берег рыба, мне нечем было дышать, я не могла ничего сказать ему и видела, как искажается от ужаса его лицо.

— Руд, Руд, Руд! — кричал он и, слезы текли по его щекам. Я впервые видела его таким, и мне было больно от этого.

Я с усилием подняла руку и прикоснулась к его щеке, но не могла ничего сказать. Глаза мои закатились. Тело вздрогнуло в последний раз, и я умерла.

ГЛАВА 14

Пробуждение от смертельного сна оказалось на редкость болезненным. Несколько секунд я не могла дышать, потом мне, наконец, удалось сделать глубокий вдох, от которого горло пронзила адская боль, и я с криком вскочила.

— Привет! — произнес Алазар. Я посмотрела на отца, стоящего у моего изголовья, — Наверное, больно? Ты ведь первый раз умерла?

— Я была мертва? — произнесла я скрипучим голосом, так не похожим на мой.

— Ну, теоретически да, — в его глазах сияли смешинки, — Но ты ведь бессмертна, — он сделал паузу, — Снова.

— Ох, как болит! — я потерла пальцами шею, ощутив кожей руки слабый шрам на горле.

— Интересно, как ты смогла стать прежней? — Алазар присел на край постели, — Кстати, Данн и его няня здесь. Я перенес их из своего дворца, надеясь, что с Дагоном мальчику будет лучше.