ГЛАВА 4

Утром меня разбудил громкий стук в двери. Я сонно проморгалась и встала. Алкея уже не было. Старик познакомился с местной знахаркой и теперь целыми днями пропадал у неё дома, обмениваясь опытом.

— Руд, открывай, — произнес настойчивый женский голос за дверью.

— Открыто, — ответила я, откидывая одеяло и садясь на постели. В комнату вошла Гуда. В руках у неё была целая охапка платьев всевозможных цветов и фасонов. Она сбросила все это на кровать возле меня и произнесла:

— Вот, выбери себе несколько. Если что-то из понравившегося будет велико, тебе перешьют. Я так поняла, что у тебя совсем нет приличной одежды.

— Спасибо, — сказала я.

Гуда села на постель Алкея и по-мужски, вытянула ноги. На ней были кожаные штаны и длинная рубаха, перехваченная на талии перевязью с внушительного вида мечом в дорогих узорчатых ножнах.

— Штаны я тебе там тоже подобрала, — добавила девушка заметив, как пристально я рассматриваю её наряд. — И рубашку.

— Зачем? — удивилась я.

— Позже узнаешь, — улыбнулась Гуда. — А сейчас одевайся, умывайся…желательно по — быстрее. Я буду ждать тебя в зале. Позавтракаем, и я покажу тебе наше поселение.

Я кивнула, соглашаясь. Гуда ушла. Я встала и, быстро заправив кровать, перебрала платья, отложив несколько. Взяла в руки штаны. Очевидно, пошиты на мальчика-подростка, — подумалось мне. Платья я отложила в сторону и натянула штаны. Они пришлись впору. Недолго думая, одела рубаху, сапоги и на плечи набросила меховую безрукавку. Что ж, чужие обычаи надо уважать, как и чужих Богов. Если здесь женщинам разрешено носить мужскую одежду, то почему бы и мне не носить её? Тем более, она намного удобнее и теплее платья.

Рабыня, присланная Гудой, высокая молодая женщина с темными волосами, принесла мне горячую воду.

— Как тебя зовут? — спросила я, умываясь.

— Кордел, госпожа, — ответила женщина.

— Спасибо за воду, Кордел, — произнесла я. — А мое имя Руд.

— Меня приставили к вам, — негромко проговорила Кордел, — Теперь я ваша собственность.

— Мне не нужны слуги, — я заплела свои волосы в косу и перебросила её на спину.

— Но…

— Я привыкла сама себя обслуживать, — я ласково прикоснулась к руке рабыни, — Не обижайся.

— Как прикажете, госпожа, — Кордел забрала таз с водой и полотенце и вышла. Мне стало неловко. Я решила поговорить об этом с Гудой, чтобы с рабыней ничего, не дай Бог, не сделали. Конечно, сестра Эйрика совсем не походила на тирана, жестоко обращающегося с рабами, но, всё-таки, не хотелось причинить своим незнанием здешних законов кому-то вред.

Я вышла из комнаты и поспешила в зал, где меня дожидалась Гуда. События прошедшей ночи всплыли в моей памяти, и я невольно покраснела, вспомнив поцелуй Дагона. Мне было и стыдно и приятно вспоминать об этом. Не то, чтобы он мне не нравился…скорее наоборот, но красота Дагона была жестокой, как и он сам. Я сравнила его с Эйриком, в пользу последнего. Если бы у меня был жених или любимый человек, я бы хотела, чтобы он походил только на брата короля.

Войдя в зал, я увидела Гуду, одиноко сидящую за столом. Увидев меня, она радостно улыбнулась.

— Слава Богам, ты быстро, — сказала она, когда я села рядом. Гуда пододвинула мне миску с горячей кашей и продолжила, — Я не люблю непунктуальных людей.

— Я привыкла быстро одеваться, — сказала я, — Я ведь не была госпожой, и времени понежиться в постели у меня никогда не было.