— Так тебе будет теплее, — сказал он. Я почувствовала, как его рука соскользнула на мой живот. От неё шло приятное тепло. Спиной я чувствовала, как он прижался ко мне и улыбнулась.

— Ты ещё злишься? — спросила я шепотом. Он не ответил, только легко провел пальцами по моему ещё совсем плоскому животу. Я облегченно вздохнула. Кажется, он простил меня, подумала я. Как же я хотела этого!

— Какой странный туман! — произнес кто-то из команды, после прозвучавшего призыва сушить весла. Корабль медленно прекратил своё движение вперед и замер, качаясь на волнах прямо перед плотной стеной густой завесы, словно преграждающей путь. Позади нас небо было совершенно чистое и необычайно синее. Впереди — черные тучи и серая пелена.

— Что это? — спросил кто-то.

— Вход в мир богов, — ответил Дагон.

— Только так мы сможем добраться на их земли и найти Храм, — добавил Эйрик. Он от самого острова плыл на Единороге. Рассвет находился неподалеку. К его борту была привязана толстая веревка, соединяющая два корабля. Я видела, как воины на нем с удивлением разглядывали серую преграду, в которую нам предстояло сейчас вплыть. Мне было жутко. Этот туман явно поставили с целью отпугнуть всех желающих следовать вперед. Что было за ним, я не знала и совсем не хотела узнавать. Только мысли о Гуде давали мне храбрости и силы не показать своего страха.

— Я не знаю, что нас там ждет, но явно ничего хорошего, — сказал Харек. Я помнила его по тем дням, когда плыла с Дагоном на его родину.

— Но другого выхода нет, — Дагон обвел взглядом своих людей. На их лицах не было страха, но неизвестность того, что ждет впереди, их явно волновала. Я видела, что эти люди не знают страха. Они были закалены в боях и не боялись смерти, но вступить на земли богов было для них чем-то немыслимым.

Дагон подал знак и кормчий Единорога проревел:

— Все на весла! На нос шесть человек с баграми!

Приказ выполнили молниеносно. Корабль плавно тронулся с места и через минуту мы вошли в туман. Я тут же перестала видеть следовавший за нами Рассвет. Единорог словно плыл по небу, в окружении темных туг, грозящих вот-вот пролиться дождем. Силуэты гребцов казались нечеткими, я едва могла видеть Дагона, стоявшего совсем рядом. Мне стало холодно и неуютно в этом тумане. Рука машинально потянулась к мечу, висевшему на поясе. Холод стали немного успокоил мое бешено бьющееся сердце. Когда стоящий на носу кормчий закричал:

— Багры! — его голос, по обыкновению зычный и звенящий, здесь звучал так, словно он кричал откуда-то издалека. В тот же миг, стоящие на носу вскинули деревянные палки с металлическими наконечниками. Я не понимала, для чего они были нужны, когда из пелены слева внезапно появилась высокая заостренная скала. Воины оттолкнулись от неё баграми, и мы прошли мимо.

— Черные скала, — услышала я чьи-то слова.

И словно по команде острые рифы стали выступать из серого тумана. Одна за одной. Мужчины на носу судна, едва успевали отвести удар от корабля.

— Проверьте, что там с Рассветом, — услышала я приказ Дагона. Эйрик лично бросился на корму и дернул за канат, связывающий Рассвет с Единорогом.

— Все в порядке, — крикнул он и улыбнулся. — Они идут за нами.

Я отошла к борту и посмотрела вниз. Вместо морских волн под килем клубился туман. Ощущение полета усилилось. Я отпрянула назад. Было что-то жуткое во всем происходящем. Мир богов хорошо охранялся, и я прекрасно понимала, что скалы — это только начало.