Женщина отпустила руки и мертвым грузом упала на пол. Инстинкт подсказывал Отраве, что она должна броситься в сторону или хотя бы закрыть лицо руками. Но она не двинулась с места. Жизнь как будто покинула ее мускулы. Женщина легко приземлилась на четвереньки над распростертой на полу Отравой.. Лицо чудовища было в нескольких дюймах от лица девушки, раздутый живот навалился на живот Отравы. Девушка с болот дрожала от страха, но не могла отвести взгляд от этих черных пустых глаз, не могла вырваться из-под чар, которые парализовали ее.

— <… вори-и-иш-шка… > — Жуткий голос — не голос, а сдавленный скрежет, странный, шуршащий, как будто его издал рот, не приспособленный к человеческой речи. Гнилое, едкое дыхание. Волосы спадали на лицо Отраве, оставляя на коже пыльные волоски паутины. И девушка с ужасающей уверенностью поняла, с кем столкнулась — с самой королевой Асинастрой, перед которой она бессильна.

— а…муженек говорил мне…> <…о ней…?> <…о ней…> а…королева знала, что ты придешь… > <…я?.. > <…я, королева паутины… >

Отрава еле слышала эти слова, потому что взгляд ее утонул в черной пропасти чудовищных глаз, взгляд которых словно проник в девушку и украл у нее способность двигаться. Отрава только чувствовала бешеный ритм предложений, вопросов-ответов, разговор, который женщина вела сама с собой.

— а…муженек не смеет войти… > <… он знает, что сделает королева…> <…да, он знает…> а… когда родится наследник… > <… ну разве он не будет чудным?..> <…чудный наследник королевства… >

Муж? Отрава до сих пор не улавливала смысл. Но о каком муже идет речь?

—а…муж охраняет дворец… > — пробормотала Асинастра, словно прочитав ее мысли. — <…муж подарил мне ребенка…>

Отрава пыталась ошарашено мотнуть головой, когда все поняла, но ее мускулы только слегка дернулись. Неужели она имеет в виду то чудовище? Паука?

Асинастра взяла руку Отравы и положила себе на живот. Девушка пыталась сопротивляться, но у нее не было сил, пока королева удерживала ее взгляд. Сначала Отрава ничего не почувствовала; потом что-то мерзкое зашевелилось под платьем, под кожей, — что-то большое, мохнатое и многоногое. От ужаса у девушки брызнули из глаз слезы. Асинастра выпустила ее руку, и кисть безвольно упала.

— <… дитя… > Даже если бы Отрава не была парализована, она не смогла бы сказать на это ни единого слова.

— <… ейнужен кинжал… > — проскрежетала королева, и Отрава вспомнила, что кинжал по-прежнему зажат в ее руке, хотя теперь она не могла им воспользоваться. — <… наш кинжал?.. > <…мой кинжал…> <…зачем он ей?..> <…она не знает… > <…а может, знает… > <… ты знаешь?.. >

Молчание, которое последовало за этим едва слышным диалогом, дало Отраве понять, что последний вопрос относился к ней. Но она не могла ответить.

— <… кто послал ее? .. > <… кто тебя послал? .. >

И снова Отрава силилась выдавить из себя хоть что-нибудь, но на этот раз Асинастра, кажется, поняла, в чем дело.