Loading...
Изменить размер шрифта - +

— Степан? — изумленно произнес Костя.
Волков устало улыбнулся.
— Ребята, я так рад, что вы нашли друг друга, — едва слышно проговорил он. — А ведь нам удалось, правда? Хорошо ли стало, плохо ли, но мы это

сделали. Марина жива. Вы вместе.
— Да, Степан, спасибо тебе большое, — кивнул Ломака. — Я думал, всех потерял. Селиверстов вот… погиб. — Он вздохнул.
— Как жаль…
— Волков, а с тобой-то что случилось? — спросила Марина.
— Со мной случилось то, что я не Волков, — снова улыбнулся Степан.
— А кто же? — У Кости брови полезли на лоб.
— Вадим. Вадим Бессмертных.
— А как же Степан Волков? Москвич? Семья? Брат по имени Ветер? Несостоявшееся возвращение домой?
— Все это было, ребята. Все так и было. И Степан Волков, и его горе, и Москва. Только вот домой после катастрофы он не отправился, потому что

спас жизнь одному раненому молодому военному. В тот день мы с моим товарищем Германом приехали в Новосибирск. Мы искали Жуковского, то есть

Даниила Андреева, ученого, который сбежал, прихватив массу секретных данных, и без которого практически стал один закрытый институт. Мы должны

были задержать его. Арестовать, если хотите. Но в тот день случилась война, уничтожившая наш мир. Потом была суровая школа выживания. Дорога

отчаяния и ужаса. Праздник смерти. Мой друг Герман погиб. Но я уже был знаком с Волковым. Мы были чужаки в городе, вот и держались вместе. Потом

на краю гибели оказался уже я, и он меня спас, при этом получив роковую травму. Он угасал несколько дней, рассказывая все, что накопилось за

душой. И когда он умер, на меня легла печать вины за это. И за то, что он так и не попытается вернуться к семье. Мне было так горько, так обидно

и стыдно, что я просто решил жить его жизнью. Чтобы хоть как-то искупить вину. Пусть Степан Волков будет жить, решил я…
Вездеход медленно двигался среди руин на окраине города. Дальше будет Толмачево. Путь лежит на запад, к Уралу. Позади осталась война в

подземелье. Сибирские снега и холода — впрочем, теперь во всем мире такие же. А еще разъяренные твари. Тела погибших людей. Хороших и плохих

людей. И бредущий по реке караван воинов, трутней, рабов, принцев, которые бережно несли в своих лапах белые яйца и куколок. Только у одного

гигантского богомола был кокон черного цвета. Один-единственный и гораздо больше других. Там покоилась новая королева…
Но покидавшие разрушенный город путники об этом не знали.
— Прощай, Новосибирск, — вздохнул Вадим. — Как бы ни было тяжко, ты все же приютил.
— Да, прощай, родной город, — вздохнул Ломака, обнимая жену за плечи.

Эпилог

Вход в радиоузел подземной базы Аркаим, задолго до страшной войны созданной людьми в недрах Уральских гор, был строго ограничен. Однако Марина

позволяла себе иногда заглянуть туда, когда дежурил ее муж.
Новый дом уже перестал быть новым для них. Земля обернулась вокруг Солнца по меньшей мере раза два с тех пор, как здесь поселились молодая

беременная женщина и ее супруг.
Сегодня он задерживался. Совсем недавно в подземелье появились четыре человека. Совет почему-то отнесся к этим нежданным гостям с особым

вниманием. Их разместили в уютной комнате с радиодинамиком, из которого лилась спокойная музыка. Им дали новую одежду. Их вопросом занимались

высшие сановники братства рейдеров. И Дьякон даже попросил напечь для них печенья к чаю, что Марина и сделала.
Она скользнула между различными аппаратами в угол, где находилось рабочее место Константина Ломаки.
Быстрый переход