Я вновь уставился в экран и более внимательно всмотрелся в картинку. В помещении я заметил и темнокожих, и женщин европеоидной расы, и круглолицых с узкими разрезами глаз.

— Ясно. Что с мужчинами? Они тоже в карантине?

— Да.

— Придётся прервать, они мне понадобятся.

— Но…

— Надо отобрать из них, — не замечал возражения, — военных и желательно чтобы понимали русский или английский языки.

— Командир-хоск…

— Ашш Сошша Хааш, — перебил истинно живого, — солдаты нам понадобятся. Они приспособлены к ведению войны на планете, обучены и самое главное, меньше подвержены воздействию оружия шнахассов. Я тебя убедил?

— У нас достаточно солдат-клонов.

— И им найдётся применение.

— Самостоятельно я такое решение принять не могу.

— Подниму его на Совете Живых. Кстати, я не поверю, чтобы ни одна группа не прошла карантин. Времени прошло достаточно с первой волны.

— Карантин ещё никто не прошёл. Есть те, кого доставили в последнюю партию, и они проходили первичное медицинское обследование, но…

— Но не прошли?

— Да.

— Сколько их? Где они? Я хочу с ними встретиться.

— Их немного, всего двадцать три тысячи мужчин.

После этой фразы я присвистнул. Полнокровная дивизия по штату военного времени. Вот только видно или со здоровьем у них неважно, или возраст, или ещё какие проблемы. Но всё лучше умереть в бою, чем быть утилизированным как ненужный материал.

— Веди к ним. Есть на корабле помещение, где можно их всех собрать разом?..

Препирательств не было и мою просьбу, граничащую с требованием, удовлетворили и через универсальный час я стоял на небольшом возвышении в огромном ангаре. Мне никогда не приходилось бывать на выступлениях музыкальных коллективов, где на открытых площадках собирались миллионы зрителей, но на стадионах бывать приходилось, и сейчас эта организованная многонациональная толпа стояла и смотрела на меня. Все в одинаковых балахонах синего цвета, но было и различие. Азиаты кучковались крупными тремя группами, негры стояли одной группой в центре, но всё равно бо́льшая часть была европейцы и в основном до тридцати лет. К моему удивлению, не было попыток неповиновения и, тем более, попыток напасть на расположившихся по периметру солдат-клонов.

«Чипированы», — мелькнуло в голове.

Обвёл взглядом толпу. Поднял вверх руку в интернациональном жесте, призывающем к тишине и гул, от множества тихо разговаривающих голосов, постепенно стих.

— Я — офицер вооружённых сил с позывным Бес, — говорил на двух языках. Сначала на русском, потом повторял на английском, — прибыл сюда чтобы заключить союз и освободить вас, — по залу пронёсся гул, но толпа не пошевелилась, — но возникла проблема. Сейчас на Земле хозяйничают другие инопланетяне, которые напали не только на тех, кто называет себя анторсами, с теми, с кем у нас заключён мир, но и уничтожают человечество. Бой идёт не на жизнь, а на смерть. Они не берут пленных, не идут на контакт, а планомерно уничтожают всё, что им не нравится на Земле. Планета взята в блокаду и ей осталось недолго. Как только они построят свои чудовищные машины, климат на планете изменится и человечеству просто напросто не будет где жить. Я, от имени… — вот тут я запнулся, не зная, что сказать. Назваться хоском по рождению, так большинству присутствующих неизвестно, кто такой хоск и с чем его едят. Назваться офицером, представляющим сопротивление Земли, тогда вступлю в противоречие с тем, что известно анторсам и мой авторитет может быть легко подорван. Тем более, расположившиеся неподалёку ашш Сошша Хааш и ещё несколько истинно живых внимательно слушают мою речь. — Я предлагаю вам, — продолжил без личностного обозначения, — тем, кто может держать оружие не смиренно ждать, когда сделают дело за вас, а встать на защиту своей планеты.