— Хорошо. Сначала буду говорить на русском, потом на английском. Обращаться ко мне капитан Бес. Можно без звания, просто командир Бес. Оно сейчас здесь неуместно. Представьтесь.

— Майор ВВС Глебченко Станислав Юрьевич. Был сбит, попал в плен, — первым на русском ответил европеец.

— Старший капитан Ли Цзин По, можно просто Ли. Третье подразделение береговой охраны. Китай. Захвачен в плен во время выполнения специальной операции. Все мои люди погибли…

Из короткого представления сделал несложный вывод, что передо мной все военные, вот только в одном ошибся. Негр оказался американцем из морских котиков, а европеец из иностранного легиона Франция, но немец по происхождению. А второй азиат, что владел и немецким — японец из какого-то жутко секретного подразделения, что назвать его отказался. Но это его дело.

— Значит так, вкратце обрисую то, что происходит сейчас на Земле. Как понимаю, в плену находитесь давно и много чего не знаете… — я говорил, меня внимательно слушали, не перебивали, а когда закончил, воцарилась тишина. Первым подал голос русский офицер.

— Значит у нас с… этими мир, и мы им помогаем?

— Союз против общего врага. Ситуация на планете, как поняли, близка к критической. Я могу говорить только о северном полушарии, а точнее Евразии. Всё мирное население, которое успели эвакуировать, в том числе и военные загнаны в подземные убежища, но рано или поздно до них доберутся. Планета в орбитальной блокаде и это усложняет нашу задачу.

— Прорыв?

— Не совсем, майор. Необходимо связать боем орбитальную группировку, чтобы та не примчалась на помощь к цели основного удара. Попутно нужно высадить десант на планету с тяжёлым вооружением, — в двух словах я пересказывал план, что созрел у меня в голове. В ответ слышал критические замечания и всё больше мне становилось понятно, что план необходимо корректировать. Пробить коридор и высадить десант нам может и удастся, но потом, как я планировал, использовать лётную технику анторсов скорее всего не получится. А время развёртывания тяжёлого вооружения, способного вести огонь по низкоорбитальным целям занимает слишком много времени и всё это время те, кто будет находиться с ней рядом будет приоритетной целью. И мной так и не была решена главная проблема — пилоты и корабли космического класса.

— Капитан, ты предлагаешь нас засунуть в консервные банки и спустить на Землю? — вступил в разговор до этого молчавший американец. Прямота и тон, с которым был задан вопрос охладил мой пыл. Ведь действительно я предлагал именно это. Земляне не могут использовать сложную военную технику анторсов, а обучать их времени нет. Как помощники, а скорее цели, множество разбросанных по планете целей они пригодятся — распылят силы шнахассов и тогда кому-то удастся развернуться в боевой порядок.

— Скорее всего ты прав, капитан Джонсон, — ответил, смотря за реакцией офицеров.

— Смертники.

— Вы итак смертники. Знаете, почему вас отделили от остальных? Вы не прошли медицинское обследование. Через сутки или двое вас бы всех утилизировали, — произнёс, переводя взгляд то с одного офицера, то на другого. Подозрительно молчали азиаты, но у них менталитет своеобразный. Командир сказал — выполнили. Но то, что молчал немец Шульц из иностранного легиона, меня не радовало. Складывалось впечатление, что он какой-то засланный казачок.

— Командир-хоск, — на анторском обратился ко мне принц крови, — мне сообщили, что вас приглашают на Совет Живых.

— Хоск? — впервые заговорил Шульц, ему вторил американец и китаец.

— Да, я хоск по рождению, капитан Бес, — спокойно произнёс, не ожидая никакой реакции.

— Нам надо посоветоваться… товарищ, — за всех произнёс китаец…

«Чудны́ крестьянские дети», — думал, идя длинными коридорами, что мой план граничит с безрассудством, я понимал изначально, но что делать, если время играет против.