Через три часа министр обороны устало откинулся на спинку кресла.

— Сегодня что-то быстро, — он взглянул на часы. Половина восьмого вечера. — Адъютант! Есть что-то срочное? — осведомился у офицера и получив ответ, распорядился, — вызови машину, на сегодня всё. Если что, я дома на связи.

Всю дорогу из головы министра обороны не выходил произошедший во время видеоконференции разговор. Министр финансов настоятельно доказывал, нет, он требовал снизить расходы бюджета на содержание вооружённых сил, ссылаясь на достигнутый паритет и прочую лабуду, убеждая Президента и всех собравшихся в нерациональном использовании и без того скудных бюджетных средств. А на его — Щеглеватых, напоминания, что если государство не содержит свою армию, то придётся содержать чужую, только отмахнулся, изобразив презрение к урокам истории.

— Что-то грядёт, — сидя в машине, размышлял в уме министр обороны, вспоминая докладные записки аналитического отдела, но ничего заслуживающего внимания или настораживающего его память не подсказывала.

Следующий день прошёл в рутине работы и только под вечер, когда адъютант доложил об ожидающем в приёмной начальнике Главного разведывательного управления, министр обороны вспомнил о своём распоряжении, данном прошлым днём.

— Проходи, Василий Михайлович, мог бы и удалённо доложить.

— Я так и планировал, но пришлось лично доставить кое-какие документы и не преминул зайти, если уж нахожусь рядом.

— Понятно, присаживайся. Узнал, что просил?

— Да. Если коротко, то в учреждении сейчас находится сорок восемь воспитанников. Год назад было больше, но шестерых забрали дальние родственники, а через три года, если ничего не случится…

— Сплюнь.

— Тьфу-тьфу, к чёрту! В учреждении и вовсе останется всего двадцать три.

— А воспитатели и прочее?

— Основной костяк, согласно разнарядке, утверждённой ещё Васильевым это сотрудники моего ведомства в отставке, а вот приглашённые преподаватели…

— И такие есть? Ладно, если эта такая тайна за семью печатями, то не говори.

— Нет, не тайна. Узкоспециализированных специалистов, способных донести, объяснить предмет несовершеннолетнему ребёнку без заумных фраз и туманных объяснений, осталось мало. Представители фундаментальной, профессорско-преподавательской школы уже в годах и от них толку мало, а молодые ещё не вошли в тот период, чтобы делиться знаниями.

— Загнул, что ничего не понял. Ладно, как понимаю, результат от создания специнтерната есть, и положительный. Дети под присмотром, сыты, здоровы и… — тут министр обороны сделал паузу и с хитрецой посмотрел на начальника ГРУ.

— И обучены, вы это хотели сказать. Да, практически все прошли достаточно серьёзную подготовку и заложенные в них знания пригодятся, если не прямо сейчас, так в недалёком будущем.

— Похвально-похвально, — задумчиво произнёс министр обороны, пропустив мимо ушей последнюю фразу. У него в мыслях зародилась хорошая идея: что, если совсем припрёт, отдать на заклание.

Глава 6

— Генка! Харэ «Серых» мучить! А то опять тренажёр сломаешь и что потом делать⁈ Давай, иди скорее, тебя директор вызывает! — в спортивный зал вбежал парнишка лет четырнадцати.