|
Курсант по рации доложил старшему патруля лейтенанту Вознесенскому о подозрительном случае. К ним выслали группу быстрого реагирования. Подходящий к фургону патруль заметили, открыли огонь, но покинуть место преступления не успели. В это же время прибыла группа быстрого реагирования и ликвидировала неизвестных. Личности их выясняются. Установлено, что планировался теракт с применением взрывчатого вещества. Повезло, коробка с детонатором лежала отдельно от взрывчатого вещества, что находился в мешках. Предварительно силы взрыва хватило, чтобы обрушить многоэтажный дом, — Свиридов говорил сухими рубленным фразами, излагая только те факты, что узнал самолично, — курсантов доставили в госпиталь, один от полученных ран скончался. Террористы стреляли из бесшумного оружия, патронами малой мощности в область сердца. Второму курсанту повезло. У него в нагрудном кармане лежала рация. Пуля её пробила насквозь, но потеряв убойную силу, застряла в груди, закупорив собой рану. Как сказали врачи, такое случается, но очень редко. Сейчас его состояние стабильное.
— Понятно, — протянул генерал. Практически все изложенные факты ему докладывали и ничего нового он не услышал, — что-то ещё? — По поводу похорон, остались организационные вопросы. — Этим займётся Виктор Степанович, — ответил генерал…
* * * Очнулся от пронизывающей боли рывком. Перед глазами лицо в медицинской маске, мягкий белый свет. Попробовал пошевелиться… — Он очнулся! — встревоженно произнёс женский голос. — Увеличь миорелаксант на полкубика, — ответил мужской голос. Я захотел спросить, где я, что со мной, но вновь провалился в забытьё. Следующее пробуждение было мучительным. Сильно болела голова, а сдавливающая тяжесть в области груди не давала вздохнуть. Попробовал пошевелить конечностями — получилось. Попробовал глубоко вздохнуть, но сдавливающая повязка мешала это сделать. — Спокойнее, курсант, спокойнее. Без резких движений, — прозвучал незнакомый голос. — Что со мной? — спросил, едва дыша. — У тебя огнестрельная рана в области сердца. Перелом рёбер. Тебе несказанно повезло, что пуля застряла и закупорила рану. Когда определили твою группу крови, хирург так матерился, что в ординаторской кактус завял, — скороговоркой ответил неизвестный, а я не знал, смеяться мне или нет после сказанных слов. — Нас было двое, — спросил, но в палате никого не было. Я остался один. Голова жутко болела, а ещё грудь сдавливала жёсткая повязка. Думал, что так и пробуду один до утра, но в палату вошли, как понял двое. — Из наркоза вышел, можете поговорить с ним, но не больше пары минут. Его только что прооперировали, — произнёс строгий голос. — Курсант, — услышал знакомый голос, — курсант, ты меня узнаёшь? — Да, товарищ полковник, — неосознанно попытался приподняться, но не смог. — Лежи-лежи, как состояние? — Нормально, только грудь болит, — ответил, не покривив душой. — Помнишь, что произошло? — Да. Помню, как шли к подозрительному фургону, помню… Что с Котом? — Котом??? — в голосе полковника промелькнуло непонимание. — Второй курсант — Костя, что был в группе. |
