Буряк снова окинул взглядом молчавшие окна, и вдруг откуда-то сверху раздался спокойный насмешливый голос:

– Хочешь меня поймать?

Буряк вздрогнул и стал шарить глазами по этажам, стараясь угадать, из какого окна за ним наблюдает Тимур.

– Ты хочешь меня поймать? А зачем я тебе?

Буряк ждал от загнанного в угол человека чего угодно, но только не таких спокойных слов. Он слегка занервничал, не понимая, что происходит.

– А скажи, – снова прозвучал голос невидимого человека, – этот, которому лом на голову упал, он был твоим другом?

– Да, – ответил растерянный Буряк, чтобы хоть что-нибудь сказать.

– Я так и знал, – отозвался Тимур.

Помолчав, он продолжил:

– Ну хорошо. Мы продолжим игру, но, чтобы она стала еще интереснее, ты должен кое-что узнать.

Сверху раздался негромкий хлопок, одновременно с ним прозвучал звук удара по жести, и в двери «вольво» появилась маленькая аккуратная дырочка.

Вот уж этого Буряк никак не ожидал. У Тимура был ствол, да еще и с глушителем.

«Кто же такой этот долбаный Тимур?» – думал Буряк и не находил ответа. Но то, что он оказался совсем не лохом, было теперь совершенно очевидно.

– Ты понял, что я могу продырявить твою тупую башку?

У Буряка не было слов, но злость у него была. Он сжал зубы и промолчал.

– Ты что, оглох, что ли? – раздалось сверху, и в прозвучавшем вопросе послышались новые интонации. – Ты слышал, о чем я тебя спросил?

Так мог разговаривать только абсолютно уверенный в себе человек. Буряк постепенно начинал выходить из себя.

– Да, я понял, – вызывающе ответил он. – А что дальше?

В его голосе явственно послышалось, что он вовсе не желает быть милостиво отпущенным. Он хотел схватки. И хотел быть победителем. С ним еще никогда так не обходились, и гордость его была задета. А Кислый – да пошел он на хрен!

– А дальше то, – раздался ответ, – что получается очень интересная ситуация. Хочешь меня найти – найдешь. Но как найдешь – тут же умрешь. Будешь искать?

– Я тебя, пидара, и найду, и раком поставлю, – ответил вконец рассвирепевший Буряк и решительно направился к входу.

– Валяй! – послышалось сверху, и Буряк нырнул в темный подъезд.

Постояв полминуты неподвижно и подождав, пока глаза после яркого солнца привыкнут к другому освещению, Буряк огляделся. В обе стороны уходили изогнутые анфилады просторных комнат с высокими потолками. Кое-где можно было увидеть то ведро с малярной кистью в нем, то прислоненную к стене лестницу, в общем, рабочая обстановка была налицо. Но такого бардака и такой разрухи, как на обычной российской стройке, здесь не было и в помине.

Решив, что на первом этаже Тимура быть не может, Буряк на цыпочках поднялся по лестнице и застыл на площадке, решая, куда идти. Как и внизу, в обе стороны открывались симметричные пространства, и надо было выбирать. Вдруг в одной из дальних комнат справа послышался шорох, и что-то маленькое прокатилось по полу. Что там, Буряк не видел из-за изгиба анфилады и, стараясь двигаться бесшумно, направился туда. Осторожно пройдя четыре комнаты, он так ничего и не обнаружил. Нужно было идти дальше.

Вдруг сверху послышался какой-то шум, Буряк резко поднял голову и тут на него обрушился поток грязной воды. Он мгновенно оказался мокрым до нитки. Протерев глаза, он увидел в потолке пролом, через который его облили. Ошеломленный, он стоял, направив вверх ствол «макарова», и ничего не понимал. Он мог ждать пули, но не этой идиотской шутки.

А сверху послышался веселый голос:

– Я тут водичку в тазике нашел.