Какого такого наведения, он сам не знал, но прозвучало классно.

– В моих часах вмонтирован датчик, – продолжил он, – и если бы ты, баран, отошел от меня дальше, чем на сто метров, со спутника была бы послана команда на самоликвидацию прибора. И от тебя бы осталось мокрое место. Понял?

– Понял… – ответил внимательно выслушавший эту ахинею Максуд, и Знахарь увидел испарину на его лбу. Приятель Максуда не потел, но тоже принял сказанное близко к сердцу.

На этот раз оскорбительный эпитет «баран» не произвел на воров никакого впечатления. Видимо, они поняли, что их статус в этой ситуации определяется именно этим словом.

– Не надо шутить со спецслужбами, – назидательно произнес Знахарь и, видя, что злодеи полностью деморализованы, убрал «Беретту» в кобуру.

Оба неудачника стояли перед ним, как провинившиеся школьники, но Знахарь знал, что они по-прежнему остаются хищными и опасными тварями и при других обстоятельствах ему бы сильно не поздоровилось.

– Быстро поменяли колесо, – приказал Знахарь, и они бросились выполнять приказ, как два пит-стопщика из команды «Макларен».

Знахарь смотрел, как они меняют колесо, и курил.

Через две минуты болты были затянуты, инструменты и спущенное колесо убраны в багажник. Дипломат продолжал лежать на капоте.

– Положи дипломат на место, – сказал Знахарь, и Максуд бережно положил чемоданчик на правое сиденье.

Трое мужчин стояли около машины и смотрели друг на друга.

– Если бы вы попали на моего начальника, он заставил бы вас сделать друг другу минет, – сказал Знахарь.

Никакой реакции.

– Свободны, – объявил он, и вот тут реакция была мгновенной и правильной.

Воры дружно развернулись и, не оборачиваясь, быстро и в ногу пошли прочь.

Когда они скрылись за углом, Знахарь уселся за руль и наконец поехал в проклятый Томск.

– Вот так-то, Тимур, – Знахарь закончил свой рассказ, – в стране чудес живем. Генералы разворовывают и продают Родину, которую должны защищать, доблестные войска посреди тайги торгуют новейшим вооружением, а нам это, как ни странно, на руку. Где бы мы еще так жили? Да еще и воришки мелкие шастают, для полного кайфа… Представляешь, если бы они успешно двинули дипломат с блоками питания и с инструкциями? А если бы они ракету потащили?

Тимур замотал головой в знак того, что он такого ужаса даже представить себе не может.

Тут к столу подошел Афанасий.

Промурыжив голодных друзей часа полтора, он наконец снял ведро с очага и выложил на огромный поднос дымящиеся пахучие «позы» в один слой, смазав каждый паровой пельмень кусочком сливочного масла.

Водрузив эту икебану на середину стола, он заявил:

– Кушать подано, однако. Садитесь жрать, пожалуйста.

Произошло некоторое оживление, сильно смахивавшее на суету.

– Вилку дай, Тимур!

– Не надо, хозяин, однако. Руками это едят.

– Ага. По-местному, по-аборигенски предлагаешь? Ладно. Может быть, так вкуснее. Тогда подай-ка нам пивка, официант. Холодненького. И беленькой…

Официант, он же повар, он же бурятский Следопыт, а короче, Афанасий, завершил сервировку стола алкогольсодержащими напитками.

Знахарь вскрыл два «Грольша» и плеснул из запотевшей бутылки в две стопки:

– На, дырявая голова, держи, – он протянул Тимуру самый лучший из придуманных природой и человеком транквилизаторов. – Только слюну не урони. Вон, уж скоро на штаны капнет…

– То-то сам загодя салфетку на колени положил.