– Мои цветы! – закричала Тереза. – Отдайте мои цветы!

Лепестки превратились вдруг в слезы, а улыбка Терезы – в ужасную гримасу.

– Мой ребенок! Отдайте мне моего ребенка! – кричала она.

Дерек исчез, оставив Джули наедине с этим доселе милым лицом, которое вдруг превратилось в настоящий кошмар. Слезы снова стали лепестками, теперь уже они падали густой плотной пеленой, ворох лепестков добрался до лица Джули, они забивались ей в рот, ноздри, ей стало трудно дышать. Джули напрягла все свои силы и попыталась убежать. Убежать к Дереку. Но не могла сдвинуться с места…

Со сдавленным криком Джули проснулась. То, что начиналось как чудесный сон, окончилось кошмаром.

Джули села и рассеяно уставилась в темноту. Что-то было не так. Случилось что-то ужасное.

Она с трудом поднялась, нащупала во тьме одежду и, спотыкаясь о наставленные кругом ящики, пробралась к выходу из фургона. Небо на востоке уже заалело, возвещая о приближении нового дня, но сердце подсказывало Джули, что этот день может оказаться совсем не радостным.

Джули опустилась у фургона на корточки, шепотом повторяя имя Майлза. Ответа не было. Она протянула руки, пытаясь нащупать его во тьме. Но под фургоном его не было.

Джули побежала к хозяйственному фургону. Но и он был пуст. Тогда она вспомнила: когда заканчивалась вахта Дерека, он иногда не возвращался в фургон, а спал где-нибудь на холме. Джули бросилась бежать, выкрикивая его имя и нимало не заботясь о том, что она может разбудить остальных.

Дерек, привыкший просыпаться от малейшего шума, услышав ее голос, вскочил и побежал ей навстречу. Они встретились на полпути к холму. Джули торопливо ему все объяснила.

– Ты должен догнать его!

Дерек задумчиво запустил пятерню в свои всклокоченные волосы, пытаясь вспомнить что-то существенное. Вдруг его словно ударило.

– А где же, черт возьми, Томас? – воскликнул он и твердой поступью направился к лагерю. Джули поспешила за ним.

Дерек подбежал к фургону Юджина Крума, где обитала Элиза Тэтчер с тех пор, как продала собственный фургон. Одно быстрое движение, и он уже оказался внутри, совершенно не обращая внимания на испуганные крики Юджина, его жены и двух малолетних дочерей. Как он и предполагал, тюфяк Элизы был пуст.

– Томас! – Рев Дерека разорвал предрассветную тишину, но почти тут же сменился глухим яростным рыком, так как из-под фургона Крума мгновенно появился сам Томас. Джули заметила Элизу, которая попыталась отползти в сторону и спрятаться. Ее распущенные волосы были спутаны и растрепаны.

На ошеломленное лицо Томаса обрушился кулак. Он упал. Дерек нагнулся, схватил его за горло и дернул так, что Томас чуть не задохнулся.

– Ты, сукин сын! Ты же должен дежурить! – бушевал Дерек. – Ты покинул пост! Я убью тебя!

Он замахнулся снова, но Джули решительно вклинилась между ними.

– Дерек, перестань! На это нет времени! Ты должен догнать Майлза, пока он не ушел слишком далеко.

Дерек отпустил Томаса, который тут же согнулся, кашляя и хватаясь за горло.

– Майлз ушел? – с трудом прохрипел он, глядя на Джули и не смея посмотреть в глаза Дереку.

– Если бы ты был на посту, ты бы услышал, как он уезжает, – прорычал Дерек. – Ты бы мог его остановить!

– Дерек, пожалуйста! – в отчаянии повторила Джули. – Не трать время на обвинения.

Сумев наконец кое-как одеться, Элиза выбралась из-под фургона.

– Право же, капитан, – вызывающе сказала она, – я думаю, вы не имеете права упрекать кого-либо в том, чем сами частенько занимаетесь.