Бог… Джули подняла глаза к небесам и мысленно взмолилась, чтобы Он дал ей силы сделать то, чего Он от нее хочет.

Она любила Дерека всем сердцем, всей душой, каждый ее вздох был пронизан этой любовью, но малыш… она была обязана позаботиться о нем, невзирая ни на что, и с Божьей помощью она сделает это.

Джули повернулась к Сюджин, которая тенью следовала за ней по пятам.

– Проследи, чтобы Луэлла его накормила, – прошептала Джули. – Он скоро проснется и захочет есть.

Она передала малыша индианке и побежала за Дереком. Джули окликнула его в тот момент, когда он уже залезал к себе в фургон. Дерек медленно повернулся, готовясь к новому спору.

– Я решила уйти, – твердо заявила Джули. – Скажи, что от меня требуется.

Его лицо осветилось радостью, он кинулся было к ней, но тут же отпрянул, словно наткнулся на невидимую стену. Как бы ни хотелось ему сломать эту преграду, Дерек понимал, что в данных обстоятельствах она просто необходима.

– В полночь, – сказал он. – Возьми еду и воду и будь готова. С тобой пойдет Сюджин. Она знает, как пройти незаметно, и сможет провести тебя в безопасное место. – Он знал, что с внешней стороны ущелья в скалах есть немало подходящих пещер. – Ты будешь прятаться там, пока не исчезнет опасность.

Джули вздрогнула всем телом. «Опасность» исчезнет тогда, когда их караван будет полностью уничтожен.

– Теперь иди, – сказал он, поворачиваясь к ней спиной. – У меня много дел, да и у тебя тоже. А времени мало.

Они молча стояли, не двигаясь с места. Не в силах больше сдерживаться, Джули бросилась к Дереку и прижалась к нему, почувствовав при этом, как напряглись его мышцы.

– Нет, – прохрипел он. – Так будет только хуже, Джули. Не говори ничего.

– Но я должна! – Она вцепилась в его руку. – Дерек, я должна сказать тебе, как сильно я тебя люблю и как жалею о том, что мы растратили столько бесценного времени на бессмысленные ссоры.

Дерек притянул ее к себе.

– Ты всегда любила меня. Я знал это с той самой первой ночи, когда мы встретились на «Ариане». Ты называла мое сердце железным. Но ты растопила его, а я растопил твое. Ты была моей, всегда была моей. Когда говорила, что ненавидишь меня, ты лгала. Ты любила меня. – Он медленно покачал головой. – Такая независимая!

Он обнял Джули и зарылся лицом в ее волосы.

– Ты была самой сильной, самой независимой женщиной из всех, кого я знал, но когда ты поняла, что и правда любишь меня, ты потеряла часть своей независимости. Это не война сделала тебя слабой, а твоя любовь ко мне. Теперь тебе нужно расстаться со своей любовью, и ты снова обретешь силу. Именно это пугает тебя, а вовсе не мысль о моей смерти.

– Да нет же, Дерек, нет! – Джули неистово замотала головой, возмущенная подобным предположением. – Я люблю тебя, и именно поэтому я отказывалась тебя бросить. Одиночество меня не пугает. Я хорошо себя знаю – я смогу с этим справиться. Понимаешь, я не имею права обречь на смерть ребенка, если могу спасти его. Но что бы нас ни ждало впереди, я всегда буду любить тебя. И всегда буду благодарить небеса за то, что у нас с тобой было.

Дерек обнял ее еще крепче, и его глаза наполнились слезами.

– Я всегда думал, что не смогу никого полюбить, Джули. У меня и в самом деле было «железное» сердце, но ты научила меня любить.