— Те, кто на тюнинг, — сказал Майло.

— Я не держу гараж.

— Значит, всего шестьдесят пять? — уточнил я.

— Это примерная цифра.

— Так или иначе, вы должны помнить их по именам.

— Конечно.

Я вытащил из кармана компьютерную распечатку и развернул ее на колене.

— Вам что-нибудь говорит имя Гэйфорд Вудроу?

— Нет.

— А Джеймс Лерой Крейг?

— Тот же ответ.

— Карл Филип Руссо, Лудовико Монтес, Дэниел Ли Барендо, Шендли Пол, Орландо Джонс?

Гулл покачал головой.

— Ролан Кристоф, Ламар Ройстер Коллинз, Антонио Ортега?

— Да кто все эти люди?

— Пациенты, по которым вы выставили счет "Медикал" за шесть месяцев.

Гулл выглядел ошеломленным:

— Это просто смешно. Во-первых, я не принимаю пациентов "Медикал". Во-вторых, все названные вами люди — мужчины, а мои пациенты почти исключительно женщины… Третье: если бы я кого-то лечил, имя знал бы точно.

— И получили бы за это оплату. — Я взял лист и прочел еще несколько фамилий:

— Акуно Уильяме, Сальвадор Паз, Маттиас Солдовар, Хуан Хорхе Монтоя, Хуан Эдуардо Лунарес, Бейлор Хокинс, Пол Эндрю Макклоски?..

— Я не знаю никого из них. Это какая-то ошибка.

— Никогда не лечили ни одного из перечисленных лиц? Ни разу?

— Ни разу.

— Вообще не принимали пациентов "Медикал"?

— С какой стати? Компенсация просто слезы, а у меня все пациенты при солидных деньгах.

— Тогда для чего вам нужно было суетиться, чтобы получить лицензию "Медикал"?

— Кто говорит, что я ее получал?

Я подошел к нему и показал распечатку:

— Это ваша подпись на ходатайстве о получении статуса провайдера, поставщика психологических услуг?

— Похоже, моя… Да, я мог получить лицензию, но ни разу не воспользовался ей.

— За последние шестнадцать месяцев вы получили от "Медикал" триста тысяч баксов в виде компенсации. Если быть точным, триста сорок три тысячи долларов пятьдесят два цента.

Он попытался выхватить листок, но я быстро убрал его.

— Дайте мне взглянуть на это!

— Значит, вы получили провайдерскую лицензию, но на самом деле не пользовались ею?

Молчание.

— Хорошо, хорошо, — наконец сказал Гулл. — Я ходатайствовал о получении лицензии, так… на всякий случай, чтобы иметь выбор. Но триста тысяч баксов? Вы просто не в себе!

— Выплаты от штата шли на указанный в ходатайстве адрес в Марина-дель-Рее.

— Да у меня нет никаких адресов в Марине! Не помню даже, когда в последний раз ездил туда. Ваше так называемое расследование облажалось. — На его губах медленно расцветала улыбка. — Предлагаю вам дома хорошенько обо всем подумать. Вам обоим.

— Никакой Марины? — продолжал я допытываться. — И никто не устраивал никаких обедов на берегу залива для вас и вашей дамочки?

Гулл повернулся к Уиммер:

— Вы верите всему этому, Мирна? Я только что доказал им, что у них нет вообще никаких оснований… А они не могут это признать… Вы думаете, что я… Жалоба за оскорбление…

Уиммер не реагировала.

Я пошуршал распечаткой:

— Значит, ни одно из этих имен ничего вам не говорит?

— Ни одно.

— А вот это название — "Стражи справедливости"?

Гулл перестал улыбаться.