Скорпион вскрикнул и отшатнулся. Он уставился на нее в ошеломленном недоумении, глядя расширенными от изумления глазами, совсем как ребенок. А потом рухнул на землю, скрючившись в позе зародыша. И больше не двигался. Хаски и шавка бросились на него, рыча и огрызаясь друг на друга.

Уиллоу попятилась, в горле поднялась кислота. С ножа капало. Ее испачканные кровью руки дрожали.

Она убила человека. Живого человека. Он дышал, жил, а потом перестал.

Она хотела выбросить нож, отбросить его, как что то мерзкое и ядовитое, но какой то инстинкт удержал ее от этого. Она не закончила. Она не могла закончить. Они еще не в безопасности.

Битва еще продолжалась.

Глава 36

Габриэль

Сердце Габриэля гулко стучало в ушах, но он не испытывал страха. Он бросился в бой с дерзкой и безрассудной яростью.

Смерть придет за ним, сейчас или позже от его собственной руки – неважно. Ничто не имело значения. Пули, пролетающие мимо него, не имели значения. Боль не имела значения. Его жизнь не имела значения.

Время замедлилось. Он бежал, не пригибаясь и не ища укрытия. Мика и Джерико притаились за эвакуатором, припаркованным в верхней части дороги, и целились в Охотников за Головами, пытающихся удрать на своих мотоциклах.

Несколько из них укрылись за деревьями и открыли ответный огонь. Джерико пытался подобраться к Элизе, которая сидела на одном из мотоциклов со связанными руками и черным мешком на голове.

Тощий Охотник за Головами в черной шкуре удирал от лабрадора, изворачиваясь, чтобы выстрелить. Габриэль встал на его пути и ударил стволом винтовки. Охотник упал как подкошенный.

Габриэль смотрел на мужчину, который вцепился себе в горло, булькая и задыхаясь, его глаза неистово молили о пощаде.

«Ты не должен убивать». Голос Мики эхом отдавался в его сознании. Но вокруг была только тьма, ни света, ни пощады. Он никогда больше не убьет невинного, но эти монстры такими не были.

Он выстрелил в голову бандиту и пошел дальше.

За углом столовой он заметил Гонсалеса, стоявшего на коленях. Гонсалес высунулся, выстрелил в Охотника за Головами, попав тому в бедро, затем повернулся и сделал пару выстрелов в двух собак, готовых наброситься на Анну, которая прижалась к земле под деревом. Оба раза Гонсалес промахнулся.

Габриэль выровнял винтовку и расправился с собаками. Он снова посмотрел на Гонсалеса. Тот прижался к стене, судорожно перезаряжая пистолет. Сзади к нему подкрадывался Охотник за Головами – высокий черноволосый мужчина, затянутый в леопардовую шкуру. Габриэль сразу узнал его – того самого ублюдка с шоссе, который застрелил девочку. Он каким то образом сумел пробраться к столовой, чтобы выстрелить в спину Гонсалесу и остальным.

Габриэль прицелился в грудь Охотника за Головами и уже собирался нажать на курок, когда Гонсалес дернулся и упал. Охотник выстрелил первым. Но его внимание сосредоточилось на добыче, и он не заметил, как сам стал жертвой.

Габриэль всадил три пули в тело Охотника. Тот упал, не произнеся ни слова.

Черный волк промчался мимо него, преследуя ретривера. Габриэль бросился к Гонсалесу и опустился рядом с ним на колени, не опуская оружия, обшаривая взглядом окрестности и возвращаясь к раненому.

– Ты в порядке?

– Я не знал. – Гонсалес задыхался, прижимая руку к пулевому ранению в боку. Его черные волосы влажно липли к шее. – Клянусь тебе.

– Я тебе верю. – Не в первый раз такой человек, как он, доверился не тому, кому следовало.

Крик разорвал воздух. Его сердце гулко забилось в груди. Габриэль узнал этот крик, узнал голос.

– Иди, – прохрипел Гонсалес. – Со мной все будет в порядке.

Еще один крик. Габриэль обернулся, ища его источник. Он увидел Сайласа бегущего к эвакуатору, Элизу, лежащую на земле, и Надиру, склонившуюся над ней.