– В Блотене есть своя армия, – заметил Риг. – Почему бы тебе, Вождь, не послать ее туда? Почему ты сам не хочешь помочь своим верноподданным?

Доннаг сузил слезящиеся глаза и потянулся за вином, но пальцы его другой руки вцепились в край стола, выдавая волнение. Одним глотком осушив кубок, Вождь приказал женщине наполнить его опять и перевел взгляд на Рига.

– Ты первым сказал о цене, не так ли, эрготианец? Считай, что это услуга за услугу.

Кобольд отложил салфетку. Поглощенный едой, начало разговора он пропустил, но теперь прислушался и сильно изумился.

– Козы? – шепотом спросил он у Мэлдреда. – Мы что, нанимаемся пасти коз?

– Хорошо, – ответила Фиона Доннагу. – Я согласна помочь тебе в обмен на выкуп и помощь сорока твоим воинам.

– На все тебе должно понадобиться несколько дней, – добавил Вождь. – К твоему возращению отряд из сорока человек будет подобран и снабжен всем необходимым.

– Подождите! – Риг вскочил, опрокинув кубок. – Фиона, ты не можешь согласиться на это! Помогать… э-э… Неужели ты в самом деле собираешься…

Фиона смерила его холодным взглядом:

– Я намерена освободить брата. А какими средствами – мое дело. – Ее голос был тихим, а тон таким, будто она распекала ребенка. – Мне нужны деньги и драгоценности. И ты, Риг, прекрасно это знаешь.

– Я бы с удовольствием пошел с тобой в горы, леди-рыцарь, если бы смог, – сказал Мэлдред. – Но у меня еще есть дела в этом городе. Однако я буду с нетерпением ожидать твоего возвращения.

Риг тяжело опустился в свое кресло и тупо смотрел, как служанка-людоедка вытирает пролитое вино, бросая на морехода неодобрительные взгляды. Кубок она заменила, но наливать новую порцию вина не стала.

– Вот и хорошо, леди Фиона, – подытожил Доннаг. – Ты с эрготианцем отправишься утром в Облачный Холм. – Вождь отодвинулся от стола. – Обед окончен, но наш повар приготовит специально для тебя, Мэлдред, отличный ужин, когда мы справимся с делами. А теперь не согласишься ли ты с Дамоном Грозным Волком присоединиться к нам в нашей библиотеке, чтобы обсудить другие вопросы?

Риг все еще задумчиво смотрел в стол, потрясенный сделкой, которую им предложил Доннаг.

– Это мне не нравится еще больше, – шептал он. – Фиона, ты даже не представляешь, с кем собралась иметь дело. С безжалостным Доннагом, который обложил непосильными податями людей и гномов, вынужденных прозябать здесь в нищете. То, что творит…

– Это его дело, – спокойно откликнулась Фиона. – Это его страна. Что ты предлагаешь сделать? Свергнуть его?

«А вот это не такая уж плохая идея», – подумал мореход.

Библиотека потрясала своими размерами. Три ее стены занимали полки, которые возвышались футов на четырнадцать, до самого потолка. Каждая полка была до отказа забита книгами, надписи на корешках которых были сделаны не только на общем языке, но и на эльфийском, гномском, кендерском и нескольких других языках, которые Дамон не смог определить. Некоторые из них были летописями, другие явно содержали легенды. Один толстый том с золотым тиснением был посвящен искусству ведения войны. Грозный Волк осмотрелся в поисках людоедских фолиантов, но ни на одном корешке не было кривых знаков, характерных для людоедской письменности, на которые Дамон успел насмотреться, путешествуя по Блотену. «Очевидно, людоеды никогда не писали книг», – рассудил он.

От фолиантов пахло плесенью, их покрывал толстый слой пыли и паутины, говоривший о том, что их скорее всего никто никогда не читал, а стоят они здесь просто для красоты и престижа.