– Конечно, я это знаю. Он убийца. Но может, мне представится возможность узнать, что стало с Элис. Да, я могла бы прокрасться внутрь, но тогда они наверняка убили бы меня. А так они сами меня пригласили.

– Что, если там ты будешь просто торчать в темницах?

Он нарочно пытается сделать так, чтобы я нервничала?

– Ну, уже поздно что то менять, Финн.

Он выглядел бледным, будто его немного тошнило.

– Знаю. Уверен, граф попросту казнит тебя, если ты вдруг передумаешь.

– Расслабься, – я изобразила уверенность, которой вовсе не ощущала. – Я буду начеку. Ты же знаешь, что я всегда начеку. И я могу вскарабкаться по стенам, если понадобится бежать.

Он достал из кармана блестящий ключ, болтавшийся на тонкой чёрной ленточке.

– Ну, если всё же сбежишь, это ключ к твоей депозитной ячейке. Банк Восточного Доврена, зарегистрировано на твоё настоящее имя. Я ничего не взял себе.

Я повесила ключ себе на шею.

– Я знаю, что ты бы так не поступил, Финн. Мы же знакомы с десяти лет.

Лудд распушился, выгнув грудь колесом.

Финн глянул на свою птицу.

– Если я что то услышу… если я прознаю, что ангелы собираются сделать что то ужасное, и тебе понадобится бежать или быть особенно осторожной, я пошлю тебе весточку с Луддом. Он обучен такому, знаешь ли. Я могу научить тебя призывать его. И он спустится с запиской.

– Твой ворон, может, и обучен доставлять послания, но я не обучена читать их, к сожалению.

Он пожал плечами.

– Я нарисую послание.

Финн был замечательным художником и практически единственным, кто смог бы нарисовать сложное послание.

Я кивнула на петляющую мощёную улочку.

– Идём?

Он забрал чемодан из моих рук.

Я сделала примерно три шага и уже испытывала искушение сбросить туфли. Вокруг нас вдоль улочки стояли закрытые пабы. Люди проскальзывали мимо, направляясь в доки. Некоторые мужчины поворачивали головы и свистели мне вслед.

Запах горячего хлеба и кофе витал в воздухе. Мой желудок заурчал от голода.

Пока мы шли, Финн учил меня, как подзывать Лудда – серией лёгких щелчков и воркующих звуков. Лудд хлопал крыльями, каркал в ответ и выглядел довольным собой. Настроение Финна, напротив, было мрачным. Словно он вёл меня на казнь.

Чем южнее мы заходили, тем больше людей высыпало на улицы, направляясь к реке. Атмосфера изменилась. Может, дело в тучах на небе, но все казались более мрачными. Никто не улыбался, не насвистывал и, похоже, вообще не радовался жизни. Это походило на парад мрачных лиц.

– Все выглядят несчастными.

Финн глянул на меня, хмурясь.

– Я определённо чувствую себя ужасно. Такое ощущение, будто я тебя больше никогда не увижу.

– Ты же знаешь, что я и раньше выбиралась из непростых ситуаций. Помнишь, когда ребята Халстона взяли меня в плен ради выкупа? Я прекрасно выбралась.

– Знаю, – он крепче сжал ручку чемодана. – Но ангелы могут заморочить тебе голову. У них есть способности сродни афродизиаку. Они могут заставить женщину думать, будто она любит их, будто она желает их. Они могут заставить её забыть, что они монстры. И сегодня утром я кое что видел. Меня едва не стошнило. Это напугает тебя, но тебе нужно знать.

По мне пробежала дрожь.

– Ладно.

– Это было на улице Галстон. Я увидел толпу копов, стоявших в переулке. Так что решил заглянуть, – он прижал ладонь ко рту, точно его вот вот стошнит. – Сначала я увидел слова «Время Вышло». Написанные кровью. И он подписался. Слово «Самаэль» внизу, как подпись. Это имя ангела.