— Возможно. — Публика откликнулась на ответ Рендла глухим шумом. Судья застучал молотком.

— Вопросов больше нет, Ваша честь, — сказал Кэмден и направился к нам, широко улыбаясь.

— А у вас есть вопросы, мистер Бэртон?

— Нет, Ваша честь.

Рендл поднялся и сначала направился к Фанни, затем передумал и вышел из зала.

— На сегодня мы закончим слушания, — сказал судья Маккензи. — Продолжим завтра в девять тридцать. — И он стукнул молотком, подчеркивая сказанное, и вслед за этим поднялся со своего места. В следующую минуту все в зале разом заговорили. Городские сплетники получили сразу столько новостей, что у них теперь было о чем посудачить в своих домах и поболтать по телефону. Они и мечтать не могли о таком везении.

— Завтра в это время Дрейк вернется к вам, — заверил Кэмден Лейквуд. Я оглядела зал и увидела Фанни и Вэндла Бэртона, уходящих через боковую дверь. Я заметила, что многие из присутствовавших в зале улыбались нам. Даже Лоретта Стоунуолл приободрилась, окруженная сочувствующими друзьями.

— Я позвоню вам сегодня, и мы договоримся о встрече, чтобы обсудить ваши показания на завтрашнем заседании, — сказал адвокат. — Думаю, на этом все и закончится, — добавил он.

— Вы прекрасно провели дело, — сказал ему Логан, и они пожали друг другу руки.

Мы вышли из здания суда. За время, пока продолжалось заседание, снегопад прекратился. Сквозь поредевшие облака проглядывало солнце, отчего снег вокруг ослепительно сверкал. Мы пошли к машине, Логан обнял меня.

— Кажется, худшее осталось позади?

— Надеюсь, — откликнулась я. — Это все было ради Дрейка.

— А ты была права, что пригласила мистера Лейквуда. Сразу видно, что он опытный и толковый адвокат. — Мы сели в машину, и когда уже отъезжали, я оглянулась и увидела Фанни, разговаривающую с Рендлом. Она яростно жестикулировала и что–то говорила: из ее рта вырывались клубочки пара, что напоминало мне нашу печку в старом домике в Уиллисе, нашу «Старую дымилу».

Бабушка часто говорила, что раз зло начало действовать, его трудно лишить силы. Оно похоже на валун, катящийся с горы: с каждым оборотом скорость и сила растут. Если не остановить его в самом начале, то потом уже ничего нельзя сделать, останется лишь ждать, когда сила его иссякнет. Лишилось ли своей силы зло, разметавшее по свету детей семьи Кастил? Мне приходилось лишь надеяться, что наши действия в суде помогли ослабить эту злую силу.

В тот вечер, когда мы легли в постель, Логан обнял меня и поцеловал.

— Я так беспокоился о тебе сегодня, — он погладил меня по волосам и снова поцеловал. — После всего, что мы пережили, наша любовь еще больше окрепнет, вот увидишь. Волнуешься перед завтрашним днем?

— Не хочу тебя обманывать, волнуюсь.

— Я буду рядом с тобой все время, как и ты была рядом со мной. Если станет трудно, смотри на меня.

— Ах, Логан, ты любишь меня совсем так же, как и в дни нашей юности в Уиннерроу, правда? — Логан перестал улыбаться и посерьезнел.

— Нет, не так, сильнее. Потому что понял, как ты дорога мне. Тогда это было лишь юношеское увлечение, а теперь это настоящая, зрелая мужская любовь. Ты нужна мне, Хевен. Без тебя я никто.

— Ах, Логан. — Он прикоснулся к моей щеке, заметив на ней слезинку, потом обнял и стал страстно целовать. В нас вспыхнуло желание. Моя беременность вынуждала нас быть более сдержанными, но все равно порыв был достаточно сильным. Наши тела слились, и мы отрешились от всех забот и тревог, как будто находились в другом мире, где существовала лишь наша чистая и светлая любовь, не боявшаяся ни мрака, ни света дня. Я чувствовала на своей груди и лице поцелуи Логана, его тело прижалось к моему, и я потянулась к нему, как страждущий путник в пустыне устремляется к цветущему оазису.