|
— Это вентиляционная труба. На тридцать километров вокруг таких всего две. Но эта еще и в обрешетке, так что ни с чем не спутаешь. — Что это означает? — спросил Олег. — Я не знаю, где сейчас находится Марина, но эта запись была сделана в окрестностях четвертого энергоблока Чернобыльской АЭС. Гарин поднял глаза на Столярова. — Это очень плохо? Тот медленно выдохнул через сомкнутые губы. — Скажем так. Это лучше, чем если бы она была на том свете. Но ненамного. — Ты знаешь что-нибудь об этом месте? — Только общие вещи. То, что знают все. — Михаил покачал головой. — Я хорошо знаю Припять, но воевать на территории ЧАЭС я не планировал. — Но ты ведь… — голос Олега сорвался. — Мы же пойдем туда? — Я не знаю даже, как туда добраться. — И мы отпустили Гигу! — вспомнил Гарин. — А местных сталкеров надо еще найти. — Гига все равно сбежал бы, как только увидел настоящих псевдогигантов. Да и не факт, что он повел бы нас к ЧАЭС. Это реально далеко, понимаешь? Три километра по прямой, а в Зоне по прямой никто не ходит. Дорога может растянуться на несколько дней. — Но у нас нет нескольких дней. Марина может… Олег не решился бы закончить фразу даже если бы его никто не перебивал. Однако его перебили. — Я знаю короткий путь, — донеслось со стороны мостика. — Могу проводить. — Пельмень! — сказал Столяров. — Рад встрече, майор! То есть извини. Я же скачал из сети копию приказа. Конечно же, подполковник! — Пельмень! — повторил Михаил и широко улыбнулся. Слава Драйвер, он же Вячеслав Глушко, был одет в потертый синий комбинезон. Из-за плеча у него выглядывала двустволка, на шее висела сумка с упакованным противогазом. Когда Пельменю оставалось спуститься всего несколько ступенек, Столяров сделал шаг ему навстречу и раскрыл объятия. Слава усмехнулся недоверчиво, но тоже слегка расставил могучие лапищи… и, получив прямой удар с левой в челюсть, грузно осел на лестницу. — Я так и знал, что это подвох, — не поднимая головы, сказал он. — Гнида ты! — сказал Михаил. — Из сети он скачал! Я ведь поручился за тебя. Все старые дела закрыл. А ты… Хоть бы пару месяцев продержался! Что тебе, денег не хватало? — Да при чем тут деньги! Это же… искусство, понимаешь? Хотя где уж тебе! И потом, я часть денег на благотворительность потратил. — Ага. Пятьсот баксов перевел в фонд защиты от кибер-преступлений и мошенничества в сети! Да ты издеваешься, что ли? — Ладно… — Пельмень поднялся со ступеньки. — Чего мы сейчас-то об этом? — А что ты вообще здесь делаешь? — вступил в разговор Гарин. — В Зоне нет ни банкоматов, ни интернета. — Банкоматы мне теперь без надобности. Вон, — Слава с опаской покосился на Столярова, — у подполковника спроси. А интернет и так всегда со мной. — Он похлопал себя по нагрудному карману. — Скажи лучше, что с сестрой. — Почему это тебя вдруг заинтересовало? — сузив глаза, спросил Олег. — Ты ведь даже на похороны ее не приехал! — Не приехал, — спокойно подтвердил бывший наемник. — Потому что знал, что Марины не было в том гробу. — Откуда ты мог это знать? — Мог. Но тут в двух словах не расскажешь. — А ты попробуй! — с вызовом сказал Гарин. — Хорошо. В тот день, когда разбились самолеты, я получил от нее CMC. Вернее, я сначала получил CMC, а уже потом узнал о самолетах. Поначалу-то я подумал, что это очередная приманка. |
