Она встала, обернулась к королю, не в силах сдержать неистовство:

– Чем дольше ты сидишь тут, не зная, что предпринять, тем быстрее от тебя уплывает трон, король. И чем дольше ты, – гаркнула она Дею, – грызешься со мной, тем быстрее с каждым твоим словом обесценивается жертва человека, которому ты обязан всем.

Даангвул из рода Транадор уставился на Данан. Жал без труда узнал выражение глаз цвета застывшего янтаря: он сам когда то так же смотрел на чародейку, понятия не имея, в какой момент она решит, что пришло время воткнуть ему в горло чародейский клинок.

– Прошу прощения, государь, – в двери, словно прибежав на шум, показался Дагор. – Я несколько задержался с её величеством.

– Заходи, Дагор, – позвал король. Жал видел, как на гномском лице мелькнуло облегчение, что ему не пришлось как то реагировать на слова чародейки. Данан, между тем, села, но гнева от бездействия в ней не убыло.

Следом за Дагором вошло еще два важных гнома. Даангвул представил их (Данан не слышала) и принялся рассказывать им план и задачи с нарочито уверенным видом. Жал перевел глаза на Диармайда. Перспектива остаться в тылу мероприятия отпечаталась на его физиономии натуральной обидой на Данан. И только на неё – это было видно по тому, как назойливо Диармайд пытался просверлить взглядом у Данан дыру в виске. Жал мог поклясться, Дей хотел бы, по детски хныкая, заорать ей в лицо что нибудь в духе: «Почему я? Почему из за твоих решений я вечно должен страдать?! Что я тебе сделал?!». Кусок Диармайду не лез в горло. Но он заставлял себя давиться едой, из за чего сначала закашлялся, потом облился элем. Жалу стало жаль лейтенанта. Ну, в самом деле, подумал эльф, он ведь неплохой парень, этот Диармайд. Даже хороший. Просто немного фантазер, который никак не научится жить без оглядки в прошлое. Но, справедливости ради, сколько вообще смертных на это способны?

Закончив с обсуждением планов вылазки, Даангвул отправил стражу разместить путников в покоях, которые Сиггеруд уже наверняка предусмотрела. Дагор распорядился вернуть им оружие, приставил отряд страшных мордоворотов, чтобы не вздумали делать глупости, и повел прочь из квартала высшей аристократии. Петляя по улицам Руамарда так и эдак, в один момент он замер перед внушительного вида постройкой и сказал, что это особняк Карадока, того самого начальника гарнизона, что встретил их у ворот.

– Одно из самых безопасных мест, – с некоторой гордостью заявил Дагор, подразумевая, видимо, что здесь подручные Эдрика до путников не дотянутся.

– У ее величества длинные руки, раз она приказала расселить нас тут, – протянул Хольфстенн, с прищуром оглядывая стены из добротного темного кирпича. Сооружение по складу напоминающее разросшуюся в несколько коридоров казарму, только с дверьми – без тарана не выбьешь. Ну или без колдовства, – прикинул гном, краем глаза зыркнув на Фирина.

– Карадок, капитан гарнизона на главных воротах, её кузен. Заходите, – пригласил Дагор. – Здесь не так роскошно, как во дворце, но можно не опасаться, что Эдрик как то пронюхает, что король сошелся с пришлыми. Весь периметр квартала стерегут только наши люди, – сообщил Дагор щедро. Жал не изменился в лице, но в душе хмыкнул: это не хвастовство, это угроза. Ну, или во всяком случае – предупреждение.

Дагор повел их вдоль правого крыла, сплошь усеянного гномами стражами, что то подспудно объясняя. Данан по дороге старалась слушать его заключительные разъяснения (утром к ним присоединятся будущие попутчики), но одновременно растирала висок – шепот архонта снова сводил весь её мир до узости мигрени. Жал шел рядом. Он не притрагивался к Данан, но женщина знала – если боль сломит с ног, эльф непременно поймает.