Да будет так. Никакой жалости. Не сейчас. У нас есть задачи. Паран натянул поводья: — Как скажете, Крюпп. Давайте продолжим путь — мы уже опаздываем.

Над вершиной холма вздулось брезентовое полотнище, натянутое, чтобы защитить участников встречи от палящего солнца. Держащие в руках самострелы малазанские солдаты окружили холм кольцом охраны.

Итковиан спешился в дюжине шагов от охранников, устремив взор на собравшихся под тканью. Рядом остановилась карета Совета Масок, из нее вылезли четверо представителей Капустана.

Хетан с довольным урчанием спрыгнула со своей лошади и подошла к Итковиану. Хлопнула его по спине: — Я тебя потеряла, волк!

— Вокруг меня могут быть волки, сир, — ответил Итковиан, — но себя я так не именую.

— Рассказ прошел по всем кланам, — кивнула Хетан. — Старухи всегда болтливы.

— А молодухи? — спросил он, не отводя глаз от собрания под навесом.

— Танцуешь на краю, дорогой.

— Простите, если обидел.

— Я прощу тебя за улыбку — какова бы ни была ее причина. Да, не похоже. Если ты умеешь шутить, ты слишком хорошо это скрываешь. Как плохо. — Он поглядел на нее: — Плохо? Как трагически.

Она разочарованно свистнула и побрела вверх по склону.

Итковиан проследил за ней взглядом, потом перенес внимание на собравшихся около повозки жрецов. Раф'Темный Трон жаловался: — Они считают, что у нас есть крылья! Будь склон менее крутым, нам не пришлось бы вылезать из кареты…

— Лошадей получше — и мы смогли бы въехать, — сказал Раф'Худ. — Это рассчитанное оскорбление…

— Ничего подобного, собратья, — промурлыкал Керули. — Уже сейчас рой кусачих насекомых начал покушаться на наши достойные персоны. Предлагаю кончать с жалобами. Поспешим со мной к спасительным ветрам вершины. — И маленький круглолицый человек пошел вверх.

— Мы должны потребовать… ой!

Трое полезли за Керули. Вокруг их голов вились оленьи мухи. Хамбралл Тавр засмеялся. — Им надо было всего лишь намазаться жиром бхедрина!

Грантл ответил: — Они и так слишком скользкие, Вождь. И вообще, это наиболее верное представление наших гостей — три маскированных жреца, пыхтящие, спотыкающиеся, машущие руками, отгоняя привидения от своих макушек. Вот Керули показал больше достоинства, и он, вероятно, единственный среди них с мозгами, достойными так именоваться.

— Слава богам! — крикнула Стонни. Грантл повернулся к ней: — Что? Почему?

— Ну, ты разом использовал весь свой словарный запас, тупица. Значит, весь остаток дня промолчишь.

Улыбка грузного даруджа вышла гораздо более зверской, чем он намеревался. Итковиан смотрел, как эти двое поднялись наверх в сопровождении Хетан и Тавра.

— Сир? — сказала капитан Норул.

— Не ждите меня. Теперь вы говорите от имени Серых Мечей, сир.

Она вздохнула и пошла вверх.

Итковиан не спеша огляделся. Кроме охранения у склонов холма, частей двух иноземных армий видно не было. Нет явной демонстрации силы, способной оскорбить представителей города — благородный жест, который жрецы, вполне возможно, могли не оценить; очень жаль, ибо Раф'Темному Трону, Раф'Худу и Раф'Бёрн весьма недоставало скромности. Может быть, покусанные и промороженные ветром, они ей научатся…

Он оценил стражей — малазан. Заметил, что их оружие отлично сработано и не изношено. Заплаты на доспехах ставились в полевых условиях — эта армия давно находится вдали от дома и лишена поставок. Темнокожие люди также изучали его из-под вытертых шлемов — индифферентные, разве что удивляющиеся, почему он остался внизу в компании единственного гидрафа — возчика.