Я успел только увидеть спокойный сосредоточенный взгляд голубых глаз, а затем… затем на меня упал потолок.

Уже после я узнал что этот удар называется нерио-чаги, и наносится ногой сверху вниз. Что удивительно, взмаха ноги я тогда не заметил.

Из той тренировки я вынес два урока.

Первый — драться с девчонками: по умолчанию проигрыш.

Выиграешь — ну такое себе. Много чести девчонку одолеть. Проиграешь — ууу, девчонке слил! Неудачник навеки.

Второй — мне не понравилось тхэквондо.

Возможно, как раз-таки из-за того позорного боя. В любом случае, на тренировках по тхеквондо я больше не появлялся.

Сейчас ситуация была хоть и немного другая — никто не спешил проводить нерио-чаги — но в высшей степени некомфортная.

В руках девчонок как по волшебству появились короткие клинки, что-то наподобие даг или миниатюрных рапир, и они устроили самую настоящую охоту на меня любимого.

И что самое бесячее — пока я уворачивался от вполне себе умелых атак барышень, Роман чуть ли не катался по полу. От смеха, разумеется.

А вот мне было несмешно.

— Дамы, — увернуться от широкого взмаха и отскочить назад, спасаясь от выпада вперёд. — Дамы, давайте поговорим!

— Поговорим, — зловеще пообещала мне Алексия Громова, старательно пытаясь пырнуть меня своим кинжальчиком. — Вот только пару пальцев тебе отрежем!

— Благородные так не поступают? — на этот раз выпад Алексии оказался чуть более удачен, и мне пришлось упасть на спину, кувыркнуться назад и пуститься в позорное бегство по периметру трактира. — Вы же леди!

— Думать надо было, — наставительно произнесла Алексия, переглядываясь с Айной и медленно, но верно загоняя меня в угол. — На кого руку свою безродную поднял.

Ага, ну с Алексией все понятно. Такие же благородные тараканы в голове, как и у братца. А значит на это легко можно надавить.

— Вообще-то не поднял, а опустил, — уточнил я, пятясь в угол и прикидывая варианты для прорыва. — на нос. Или на зубы? Нет. Всё-таки на нос!

Воспользовавшись тем, что спровоцированные девочки дружно кинулись в атаку, мешая друг дружке, я дернулся было влево, а сам бросился вправо.

Алексия чуть ли не зарычала от досады, а вот Айна Пылаева умудрилась пропороть мне халат.

«Вот… нехорошая девочка» — подумалось мне, но пришедшая следом волна страха тут же нивелировала вспыхнувший было негатив.

Надеюсь, это значит не то, что Айна просто не хочет марать руки убийством, а что она не хочет убивать именно меня…

— Роман! — крикнул я, снова разрывая дистанцию. — Подскажи, что мне с ними делать?

— Вообще, — Дубровский, стоило Айне распороть мою одежку, тут же прекратил хохотать. И сейчас внимательно следил за нашими догонялками. — Если дворянин, неважно какого пола, обнажил свой клинок без вызова на дуэль, то…

— То? — поторопил его я, поскольку меня снова зажимали в угол.

— То дворянин может и должен защитить себя, а простолюдину желательно не сопротивляться.

— Спасибо, друг! — я вжался спиной в пыльный угол таверны. — Помог!

— Обращайся, — невозмутимо откликнулся Дубровский. — На время практики, кстати, ты в моей пятёрке, и я запрещаю тебе погибать.

Не знаю, было ли это завуалированное разрешение, но сил бегать от разозленных дворянок, у меня уже почти не осталось.

Айна Пылаева, к слову, запыхалась сильнее, чем её злобная подружка и чуть приотстала.

Сместившись чуть влево — ближе к Алексии Громовой, я дождался её привычного выпада, отвел руку с клинком в сторону, а сам подшагнул к ней.