И зря.

Развернувшись на каблуках, Алексия влепила мне звонкую пощечину, отчего моя голова дернулась в сторону и обратно.

А взгляд сам собой упал на распахнутый мундир.

— Кхм…

Алексия, проследив мой взгляд, вспыхнула как помидор и замахнулась было по новой, но, я проявив чудеса уклонения, проскользнул между ней и стеной и тут же переместился за Романа.

Да уж, думаю, директор гордился бы мной. Наверное.

— Значит так, — начала было Алексия, но её прервал Роман.

— Он был в своём праве. Вы поступили не по чести.

— Ой, Дубровский, отстань! — тут же поморщилась девушка. — Он не дворянин!

— Он форточник, — возразил Рома. — И его кровь родовитее твоей.

— Да ты-то откуда знаешь? — взвилась было Алексия, придерживая свой мундир.

— Я видел, — спокойно ответил Роман.

И было в его голосе что-то такое, что сразу же расхотелось спорить.

— Мир? — мило предложила Айна, с интересом рассматривая наши с Ромой халаты. — А вы чего, кстати, не в мундирах? В них же прохладней?

— Мир, — буркнул я, потирая горящую огнём щеку. — Так надо.

Я честно сам не знал, за каким чёртом мы переоделись в выданную Агапычем одежду.

Наверное, подумали, что так будет прохладней…

Хах, а ведь Айна права! Мундиры же у нас непростые! В них должно быть прохладней, чем в любой бедуинской одежде!

Так вот чему ухмылялся Агапыч, выдавая нам эти халаты!

Да уж, тут однозначно мой косяк. Моё мышление попаданца из двадцать первого века как-то совсем забыло про магию.

Но тут же возникает вопрос. Если наши мундиры настолько крутые, то почему с такой легкостью порвались пуговицы у Алексии?

Разве только…

— Роман! Тут где-то макрис!

Дубровский вопросительно посмотрел на меня, перевел взгляд на раздраженную Алексию, задумчиво скользнул по рассыпанным по полу пуговицам.

— Думаешь… это не случайность?

— Даже когда её братец, — я кивнул на Айну Пылаеву, — запустил в меня Огненный шар, рукав даже не закоптился. А тут… Думаю, у Айны с мундиром такая же ерунда. Может я, конечно, и не прав, но лучше перестраховаться.

— Согласен, — кивнул Роман, прикрывая глаза и вытягивая перед собой распахнутую ладонь. — Я бы тоже на месте Громовых и Пылаевых не удержался от того, чтобы проучить одного зарвавшегося форточника… Правда сделал бы это сразу по прибытию…

— Выходит, нам повезло, что мундир порвался не на улице, — хмыкнул я, внимательно осматривая потолочные балки и в особенности углы, — вот это был бы… шок-контент!

— Что за ерунда! — фыркнула Алексия и, подойдя к Айне, легонько рванула её мундир на себя. — Ой!

Послышался треск рвущейся ткани, и на пол посыпались пуговицы.

— Однозначно не случайность, — хладнокровно отозвался Роман.

— Убью! — пообещала Алексия, смотря почему-то на меня.

— Это же без-честно! — Айна прижала руки к груди и широко распахнула глаза. — Неправильно!

Со стороны это смотрелось так мило, что я с трудом удержался от того, чтобы подойти к ней и потискать её, как котенка.

— Добро пожаловать в мир большой политики, — отозвался Роман. — Разве вас дома не предупреждали, что практика — это серьёзно?

— Предупреждали, но…

— Не все идут путём Чести, Воли и Любопытства, — холодно отчеканил Роман.