На обороте книги ее содержание передавалось, как «невероятные приключения английского юноши, которому приходится бороться с тяжелыми условиями жизни в тропиках, с извращенной жестокостью двух братьев и с нападающими на экспедицию представителями подземной цивилизации». Нортону удалось опубликовать книгу в одном хорошем издательстве. Может быть, не в самом лучшем из имевшихся, но и не в самом плохом.

Не знаю, сколько времени я стоял в магазине столбом с книгой в руках. Мои колени превратились в кусочки льда; останься я еще некоторое время там, они бы растаяли, и я бы упал. Наконец до меня донесся голос, который произнес:

– Весьма оригинальная книга, не правда ли?

Это был хозяин магазина, который спустился со своей лестницы. Я раскрыл рот, но не мог произнести ни слова.

– Друг мой! – засмеялся книготорговец, которого позабавил мой вид. – Вы себя хорошо чувствуете? Лицо у вас белее, чем у персонажей этого романа!

Он подошел ко мне поближе и сказал доверительным тоном с нотками отчаяния в голосе:

– Я всегда думал, что ужасная опасность, которая грозит нам, исходит с Марса. И вдруг выходит, что мы ошибались. Страшные орды нагрянут не из заоблачных сфер, а из-под земли у нас под ногами. А мы теряем время на войну с этой тупой немчурой!

И тут я совершил самый нелепый поступок в моей жизни: купил свою собственную книгу. Самое обидное заключалось в том, что жаловаться мне было совершенно не на что. Никто ничего не нарушил. Нортон честно расплатился со мной и мог делать с книгой все, что ему заблагорассудится. Меня это уже не касалось.

Я перечитал свое собственное произведение, и чтение вызвало в моей душе самые противоречивые чувства. Было очевидно, что Нортон не изменил в моем тексте ни одной запятой, но добавил от себя пролог. В нем говорилось, что эта история произошла на самом деле, но имена действующих лиц были автором изменены. Он сделал это отнюдь не из желания скрыть истинные личности персонажей, а просто для того, чтобы герцог Кравер не мог привлечь его к судебной ответственности. Это мне было совершенно ясно. Маркуса Гарвея Нортон переименовал в Руфуса Гарвея, а фамилия Ричарда и Уильяма и вовсе не упоминалась. (Правда, уточнялось, что они являлись наследниками некоего «знатного господина, который активно участвовал в военной кампании в Судане и в ее трагическом завершении».) Некоторое время тому назад убийство братьев Краверов наделало много шума, и теперь все легко могли обнаружить связь между делом Гарвея и этой книгой. Как известно, история полностью оправдывала Маркуса. Более того, она превращала его в героя, и это, вероятно, отвечало интересам Гарвея. Однако такой ход со стороны Нортона показался мне неблагородным. Как бы то ни было, я не собирался наносить ему визитов и оспаривать его действия. При помощи своего красноречия этот человек был способен убедить меня в чем угодно. Даже в том, что Англия была союзницей Германии в войне против Франции. Вместо этого я решил навестить Маркуса, которого слишком давно не видел. Мне подумалось, что он может не иметь ни малейшего представления о выходе книги.

На этот раз я пришел в тюрьму по собственной инициативе и не имел права встречаться с Маркусом в том зале, куда приходил как официальный представитель Нортона. Согласно установленным правилам, мне предстояло удовлетвориться свиданием в одной из тех крохотных комнатушек, где заключенного и посетителя разделяет очень плотная решетка.