Когда из сада вернулась Марджори, чтобы посмотреть, как продвигается работа, он уже ошкуривал края досок. Слава Богу, она забрала транзистор с собой в сад.

— А почему такие скосы у основания? — поинтересовалась она вместо приветствия.

Марджори поставила приемник на кухонный стол. Казалось, что в эти дни она ни на минуту не расставалась с ним. Ренфрю подумал, что, наверное, ей почему-то не хочется оставаться наедине с тишиной хотя бы на миг.

— Полки будут прямые, это стены у нас скошены.

— Они выглядят как-то странно. Ты уверен…

— Давай посмотрим. — Он передал жене плотницкий уровень.

Марджори осторожно поставила его на грубо обработанную полку. Пузырек перекатился в жидкости и встал точно между двумя метками.

— Видишь? Уровень что надо.

— Ну, допустим, — неуверенно согласилась Марджори.

— Не беспокойся. Твои горшки не опрокинутся. Ренфрю поставил на полку несколько банок. Этим ритуалом он закончил работу. Ящикообразный каркас стоял твердо — сосновые доски плотно прилегали к дубовым панелям. Джонни осторожно потрогал рукой деревянную конструкцию, как будто удивляясь, смогут ли его руки когда-нибудь сделать что-либо подобное.

— Думаю, теперь я могу ненадолго отправиться в лабораторию, — сказал Ренфрю, собирая инструменты.

— Не горячись, у тебя здесь еще есть дела. Надо взять Джонни на охоту за ртутью.

— О черт, совсем забыл. Я думал…

— Заняться после обеда кое-какой починкой, — продолжила за него с мягким упреком Марджори. — Боюсь, не получится.

— Слушай, я хочу зайти туда по дороге, захватить некоторые записи по работам Маркхема.

— Лучше сделать это, когда пойдешь с Джонни. А ты не можешь хотя бы на время уик-энда оставить лабораторные дела? Я думала, вы все сделали вчера.

— Мы вместе с Петерсоном составляли текст послания. В основном это касалось состояния океана. Мы используем слишком много продуктов брожения сахара для топлива.

— А что в этом плохого? Алкоголь сгорает чище, чем керосин, которым они торгуют сейчас.

— Это действительно так, — согласился Ренфрю, отмывая руки в рукомойнике. — Настоящая катастрофа то, что Бразилия вырубает слишком много джунглей на своей территории, освобождая место для сахарного тростника. В результате уменьшается количество растений, которые могут поглощать двуокись углерода из воздуха. Если немного проанализировать, становится ясным, почему меняется климат планеты, как появляется парниковый эффект, идут проливные дожди и тому подобное.

— Это Совет пришел к такому выводу?

— Нет, исследовательские группы всего мира. Политика Совета направлена на ликвидацию проблемы. Мандат ООН, экстраординарные функции и прочее.

— Ваш мистер Петерсон, должно быть, очень влиятельный человек.

Ренфрю пожал плечами.

— Он говорит, что нам сильно повезло, что Великобритания имеет огромный вес в Совете. Одна из причин, по которой к нам прислушиваются, — наши исследовательские коллективы, работающие над очень актуальными проблемами. Только благодаря этому к нам не относятся, как к Нигерии, Вьетнамскому Союзу и прочей мелюзге.

— А то, чем занимаешься ты, — заметная проблема?

— Совершенно ясно, — Ренфрю усмехнулся, — что не Петерсон направляет часть помощи мне, но, клянусь, он это делает по собственной прихоти.

— Очень мило с его стороны.

— Мило? — Ренфрю вытер руки и задумался. — Он заинтересовался основательно, это я могу сказать точно, хотя и не стал бы причислять его к интеллектуалам.