— Отлично, Эмма, — обратился к ней Дилан. — Как только мы поднимемся, ты встанешь на этот баллон и все увидишь. — Голова девочки была чуть выше кожаного края корзины. — А пока ты должна стоять в этом углу и крепко держаться за веревочные петли. — Он посмотрел на Лауру. — К маме это тоже относится.

Эмма и Лаура сделали то, что им было сказано. Алекс и Брайан отвязали шар от грузовика. Эмма подпрыгнула, когда Дилан зажег горелку, и золотистый столб пламени устремился в шар, но не вышла из своего угла. Крепко держась за веревку, она приподнялась на цыпочки, чтобы заглянуть через край корзины. Она была такой хорошенькой, что Лаура залюбовалась ею, и у нее защемило сердце от любви к дочери.

Шар медленно поплыл вверх, поднялся выше деревьев.

— Все в порядке, Эмма, — сказал ей Дилан. — Теперь осторожно влезай на этот баллон. — Он помог ей, и на этот раз девочка не увернулась от его руки. — Но все-таки не забывай держаться за ручки. Вот так.

Глаза Эммы широко раскрылись от восторга, когда она увидела раскинувшееся под ними зеленое море листвы. Потом деревья расступились, Эмма охнула и указала пальцем на землю. Лаура посмотрела туда, но увидела только пастбище и ничего больше. Дилан первым заметил то, что привлекло внимание Эммы.

— Молодец, Эмма, это аппалуза. Так называется порода лошадей. Обычно их здесь пять. Ну-ка, где остальные?

Девочка разыскала остальных лошадей и нескольких коров. Небо окрасилось во все оттенки персикового, розового и пурпурного, и Дилан объяснил Эмме, почему небо на закате меняет свой цвет. Он показал ей облака разной формы, горы в отдалении, а Эмма помахала рукой детям, купающимся в бассейне далеко внизу. Дилан даже разглядел лису. Лаура подумала, что с такой высоты животное больше напоминает тощую маленькую собаку, но Эмма так обрадовалась, что Лаура не стала поправлять Дилана.

Ее удивило то, что через час полета Эмма не заскучала.

— Надо спускаться, — объяснил Дилан. — Наше место для посадки вот за этими деревьями.

Эмма захныкала. Ей хотелось летать еще и еще. Лаура заметила, как заулыбался Дилан.

— Ты можешь еще немного постоять здесь, — обратился он к девочке. — Но потом тебе придется вернуться в твой уголок и крепко взяться за петли, договорились?

Эмма кивнула и осталась, заворожено глядя вниз, пока шар медленно спускался. Дно корзины коснулось верхушек деревьев.

— А теперь отправляйтесь на свои места, вы обе, — сказал Дилан минуту спустя.

Лаура придержала дочь за руку, помогая ей спуститься. Она встала в своем углу лицом к Дилану и крепко вцепилась в веревку.

Лаура пыталась поймать ее взгляд, чтобы дочь увидела, как она гордится ею, ее послушанием, точным выполнением всего, что говорил Дилан, и отличным поведением во время всего полета.

Но Эмма не сводила глаз с Дилана. Своего отца. На лице девочки появилось выражение, близкое к обожанию.

Дилан оставил Алекса и Брайана укладывать шар, а сам пошел к Лауре и Эмме, поджидавшим его за оградой. Эмма удивила его. Трудно было поверить, что перед ним тот же ребенок, который совсем недавно отказывался зайти в воду.

— Команда позаботится о шаре, — сказал Дилан. — Они пригнали мою машину вместе с грузовиком. Поедем ко мне. Брайан принес мне пару лобстеров. Они плавают в ванне в блаженном неведении.

— Замечательно, — согласилась Лаура. Они втроем пошли к машине.

— Ты когда-нибудь пробовала лобстеров, Эмма? — поинтересовался Дилан.

Девочка взяла Лауру за руку и прижалась к ее боку.

— Не думаю, что она пробовала, — ответила за нее Лаура.