Улыбка слетела, как только он встретился со мной взглядом, бросив мне один из деревянных мечей.

— Я же рассказывал, что вниз меня толкнула любовь? — Он отсалютовал мне ясеневым клинком и целеустремлённо направился ко мне. — Это была любовь к пажу, который стал воином.

Он не стал дожидаться, пока я отвечу на приветствие, а бросился в атаку, сделал вид, что замахивается мечом над головой, а сам ударил мне в корпус. Мне удалось парировать и отскочить в сторону как раз вовремя, чтобы следующий удар не попал мне по ногам.

— Воином, который научился всему, чему только мог научить его отец. — Голос Уилхема стал грубым и неровным. Он бросился в очередную атаку, держа меч двумя руками, и теснил меня назад, а я пятился, поднимая ногами пыль.

— Всего лишь простолюдин, который мог одолеть любого рыцаря, разве только кроме сэра Элберта Болдри, и, думаю, даже ему пришлось бы нелегко.

Я пригнулся от удара в голову и попробовал ткнуть его в живот — Уилхем лёгким движением запястья отвёл удар.

— Следить за ним на турнире было всё равно, что смотреть на какого-то легендарного героя старины, или на одного из аскарлийских богов-воинов. Сын Ульфнира во плоти. — Он шагнул вперёд — слишком быстро, не уклониться — зажал латной перчаткой мою руку с мечом и, крепко держа меня, проскрежетал мне в лицо: — Каково это, любить бога, Элвин. И что за судьба быть любимым в ответ.

На его губах снова мелькнула горькая улыбка, а потом он повернулся, согнулся и бросил меня на землю. Удара хватило, чтобы выбить деревянный меч из моей руки, но я не стал бросаться за ним. Встав на одно колено, я как раз вовремя схватил Уилхема за предплечья, а то бы он опустил свой меч с такой силой, что легко мог расколоть мне череп.

— Отцу это, конечно, не понравилось. — Прохрипел Уилхем, взмахнув левой ногой, и ударил закованной в броню ступнёй в центр моего нагрудника. От пинка я разжал хватку и, чтобы избежать дальнейшего града ударов, откатился по грязи. — «Соси хуи, сколько влезет», сказал он мне, «но зачем ты меня позоришь со своей волоокой привязанностью к простолюдину?».

Я подавил инстинкт и дальше уклоняться от его ударов и перекатился на спину, отдёрнув голову, когда он ткнул в её сторону. Деревянный клинок от удара по земле раскололся, громко треснув у меня над ухом. Вздрогнув, я сам пнул так сильно, что помял нагрудник Уилхема и заставил его отступить на пару шагов.

— Итак, — продолжал он, отбросив сломанное оружие и подняв кулаки. Я вскочил на ноги, но он легко уклонился от моего первого удара, — когда мой юный бог сказал, что жаждет убежать и присягнуть Самозванцу, как я мог не пойти за ним?

Он хотел врезать мне по носу, но я отбил удар, и наши латные перчатки лязгнули от соприкосновения.

— Алдрик, — сказал я. — Так его звали.

— Да. Мы далеко путешествовали вместе, до самого Фьордгельда и обратно. — Уилхем блокировал мой правый хук, которым я целился ему в челюсть, и ответил сам. По большей части мне удалось уклониться, но краем рукавицы он оставил кровавую царапину на моём скальпе.