Гриффин непонимающе посмотрел на нее, а затем вспомнил указания, которые ему дали в Игровом Центре:

1) запрещается использовать настоящие клинки в рукопашной схватке. Все холодное оружие снабжено отсоединяющимися лезвиями, а в рукоятки встроены несложные голографические проекторы. Перед началом схватки должны сработать все датчики в ножнах; 2) не разрешен любой физический контакт, а наносить удары по суставам, ребрам, лицу или шее можно только голографическими изображениями лезвий; 3) небольшие нарушения влекут за собой остановку игры и начисление штрафных очков. При серьезных нарушениях игра автоматически прекращается.

Апекс вложил свой кинжал в ножны и, услышав щелчок, повернул на пол‑оборота рукоятку. Она отсоединилась, и появилось восьмидюймовое сверкающее «лезвие>'. Красное свечение перед лицом Темной Звезды исчезло, девушка кивнула.

У Гриффина было такое чувство, что его собственное лицо светится в темноте. Кто бы мог подумать, что шеф службы безопасности Парка Грез собирается «изрубить» на куски двух актеров! Ничего себе, паблисити… Ладно, черт с ним. Гриффин откинул тростник и спрыгнул вниз.

Охранники были застигнуты врасплох. Гриффин приземлился прямо на одного их них и несколько раз вонзил «лезвие» ножа ему в спину. Туземец упал. Второй споткнулся о труп своего товарища и растянулся на земле. Гриффин точным ударом «перерезал» ему горло.

– Легкая добыча, – пробормотал Апекс и покачал головой.

С крыши спрыгнула Темная Звезда, а за ней Фортунато, который едва не вывихнул ногу. Девушка оглядела поле битвы и удовлетворенно кивнула.

– Неплохо для новичка. А что ты исполняешь на бис?

Он проигнорировал вопрос и подкрался к двери.

– У нас мало времени. Они уже приготовились совершить жертвоприношение.

Она посмотрела на деревянный помост, где белую девушку обмазывали смесью размолотого зерна и крови свиньи.

– Фортунато, – Темная Звезда потянула к себе вора с измазанным углем лицом, – ты попадешь ножом в горло человека с пятнадцати метров?

– Могу попытаться. Мой индекс ловкости по Весслеру‑Грэму семьдесят девять. Но думаю, что лучше воспользоваться винтовкой.

– Нет, нужно беречь патроны. Возьми нож.

Фортунато повернул рукоятку ножа, и в руке у него оказалось сверкающее «лезвие».

– Мы должны как следует рассчитать…

Музыка снаружи стала громче. Кружась и подпрыгивая, покрытый кровоточащими шрамами и грязью главный жрец двигался вокруг девушки, размахивая ножом, сделанным из осколка темного стекла. Остальные расступились, освободив ему место для танца, и молча смотрели, загипнотизированные его ритмичными движениями. Он раскачивался из стороны в сторону, как ковыляющий краб, и в уголках его рта выступила пена. Он провел лезвием ножа по своему животу, а затем наклонился и прижался к девушке, вымазав ее кровью.

Гриффин со своего места не мог видеть лица жертвы, но заметил, что ее тело напряглось и дернулось в сторону. Жрец похотливо ухмыльнулся и проделал это еще раз, уже более медленно. Отчаянные крики девушки теперь были слышны даже сквозь барабанный бой. Он занес нож и…

– Давай! – прошептала Темная Звезда.

Рука Фортунато описала короткую дугу, имитируя бросок ножа. Серебристая вспышка отделилась от его ладони и вонзилась в горло жреца. Тот застыл, обхватив руками шею. Изо рта его хлынула кровь.

– В яблочко! – удовлетворенно воскликнул Фортунато. Прежде чем он успел произнести это, Гриффин уже выскочил наружу и бросился к жертве. На мгновение их взгляды встретились, и Алекс увидел страх и благодарность в ее глазах. В следующую секунду подскочил Фортунато, и они охраняли девушку, пока Темная Звезда развязывала ее.