Зрелище было весьма жалким: у одного из них вся голова, включая веки и переносицу, была инкрустирована бриллиантами, самые крупные размещались на лбу, у другого не было губ, вместо них параллельно линии рта шли цепочки рубцов. Однако на этот раз Эвинг не ощутил неприязни к этим землянам, может, из-за чрезвычайной усталости, может, потому что уже привык к их гротескной внешности.

– Машина ждет нас на улице, – сказал, здороваясь, Майрак.

Это была как бы «обрубленная» трехцветная модель. Оказавшись в машине, Эвинг обнаружил, что корпус ее изготовлен из листового зеленого пластика, который пропускал свет только в одном направлении. Это обеспечивало обзор водителю и пассажирам, тогда как сами они оставались невидимыми для окружающего мира.

За руль сел Майрак. Вернее, он просто привел машину в движение, а затем лишь изредка корректировал ее движение едва заметными прикосновениями пальцев. Они повернули на юг, в противоположную сторону от космопорта, и заскользили по широкому шоссе. Проехав около восьми миль, они круто свернули на восток, в район, похожий на пригород. Эвинг устало сидел в своем углу, время от времени бросая взгляды на аккуратные ряды домов, каждый из которых был снабжен своим собственным защитным экраном, обеспечивающим хозяевам полное уединение.

В конце концов они съехали на обочину. Эвинг удивился, не увидя ничего, кроме пустого участка земли. Дальше по улице были видны несколько домов и обширные пустые автостоянки перед ними. Почему же Майрак предпочел остановиться именно здесь?

Ничего не понимая, он выбрался из машины. Майрак осторожно осмотрелся по сторонам, во всех направлениях, вынул из кармана ключ из какого-то блестящего желтого металла и направился к пустому участку.

– Добро пожаловать в здание Института абстрактных знаний! – произнес он.

– Куда?

Майрак сделал приглашающий жест в сторону пустоты:

– Сюда, разумеется.

Эвинг прищурился. Воздух был каким-то особенным. Все вокруг, казалось, дышало, как дышит теплый воздух в жаркий летний день над аккуратно подстриженной травой.

Майрак выставил впереди себя ключ, ступил в это марево и какое-то мгновение будто что-то искал на ощупь – прямо в воздухе. Казалось, он пытается отыскать замочную скважину. И он действительно ее нашел – ключ исчез на три четверти своей длины…

Перед ними возникло здание.

Это было ярко-розовое круглое здание, увенчанное куполом, как и другие дома по соседству. Однако оно казалось каким-то странным, призрачным, мимолетным, как будто было создано воображением. Безгубый землянин крепко схватил Эвинга за руку и потащил вперед, к зданию. Все, что было на улице, внезапно исчезло.

– Хитро придумано! – восхищенно произнес Эвинг. – Как вам это удалось сделать!

Майрак улыбнулся:

– Дом по фазе не совпадает на три микросекунды с остальной улицей. Он всегда существует всего лишь в ничтожной доли момента в абсолютном прошлом, что недостаточно для того, чтобы стать причиной разрыва структуры времени, но вполне достаточно, чтобы скрывать его от наших многочисленных недругов.

Ошеломленный, Эвинг еле пробормотал:

– Вы можете управлять временем?

Землянин кивнул:

– Это наименее абстрактное из всех наших знаний. Здесь вы видите просто необходимое средство для обороны.

У корвинита мороз пробежал по коже. Глядя на невысокого землянина с нескрываемым восхищением, он подумал: «Да ведь это невероятно!» Уже давно считалось, что управление временем теоретически возможно, – с тех пор, как были опубликованы уравнения Блекмура, – более тысячи лет назад. Однако на Корвине практически не занимались исследованиями времени, а те, которые проводились, доказывали, что либо были ошибочны вычисления Блекмура, либо контроль над временем все-таки нельзя осуществить технологически.