— Могу я предложить вам чашечку кофе?

— Спасибо. Вас ждут. Может, кофе в другой раз?

— Ни в коем случае. Это время принадлежит вам. Они пришли без предупреждения и должны либо ждать, либо уходить. Это их дело. А в то время, которое назначено им, я буду полностью в их распоряжении…

Это была уже не первая наша встреча. С Леа можно было отлично работать. Знакомство с материалами о незаконном переводе полученного Окунем кредита в Израиль не вызвало у нее оптимизма… Ответчиком по иску банка «Независимость» мог быть только Заемщик, каким по договору являлось юридическое лицо — ТОО «Экологическая продукция „Алькад“, или „Environmental produce «Alkad“. Директор-учредитель Окунь должен был нести ответственность в рамках своего вклада.

—Как следует из Учредительного договора, он отвечает только пятью тысячами рублей… Сегодня — это меньше одного доллара… — Она закурила, абсолютно расположенная к общению, веселая, молодая. Думаю, ей было около шестидесяти. — При таких обстоятельствах попытка взыскания долга лично с Окуня, тем более в Израиле, безнадежна…

— Существуют какие-либо варианты?

— Не исключено, что в действиях Окуня имеется состав мошенничества…

Я вздохнул.

«Нам ли в России этого не знать!»

Она продолжила:

— Но, как вы знаете, между Россией и Израилем нет соглашения о выдаче преступников…

— Есть ли у нас хоть какой-нибудь шанс?

— Да. Многие этого себе не представляют… Вот если бы оказалось, что Окунь зарегистрировал в Израиле фирму под аналогичным названием…

—Да…

— Тогда мы могли бы предъявить иск фирме!

— Каким образом?

— Ссылаясь на то, что он перевел свой бизнес в Израиль.

Леа вновь закурила. Сигарета к лицу худым женщинам.

—Какие это расходы?

Она вынула микрокалькулятор. Пошлина составляла 2,5 процента от суммы иска. Адвокатский гонорар максимально — около 10 процентов при сумме иска от шести тысяч долларов и еще 4 — от остальной суммы… При иске в двести миллионов долларов итог получался весьма внушительным.

— При выигрыше процесса все затраты возместит ответчик. Ради эксперимента можно было бы свести расходы до минимума.

— Надо подумать…

Джамшит, в отличие от Камала Салахетдинова, пошел бы на необходимые затраты. Он искал дорогу в легитимный бизнес. В отличие от Камала Салахетдинова, он не был связан подписанием незаконной кредитной сделки.

«Главное: прибегнуть к помощи закона — российского, израильского, любого, — но не бандитской крыши!»

—Для начала попробуйте узнать, на чье имя организован бизнес…

Я промолчал.

—Есть ли у них счет, недвижимость… У вас проблемы?

Было бесполезно отрицать.

—Да. Но я надеюсь с ними справиться.

Она с улыбкой следила за мной.

— Для этого мне нужна помощь надежного частного сыщика.

— Вы хотите российского?

—Лучше израильского. Такого, в ком вы уверены.

Леа достала из стола визитку:

—«Нэшек». В переводе — «Оружие». Руководителя зовут Шломи. Умный мальчик. Он все вам сделает…

Глава детективного агентства «Нэшек» назначил мне встречу в своем офисе, небольшом стеклянном «аквариуме», внутри огромного, сверкающего никелем и мрамором торгового центра.