Глава 8

Мадам Бессе куда-то уехала, и в светлой кухне остались Робер и Стефани. За окнами дул сильный мартовский ветер. Под весенним солнцем в саду пробивались из земли цветы и на деревьях появлялись крошечные почки. Ветви платанов, коротко обрезанные осенью, того и гляди начнут расти, лето в Провансе уже было готово вступить в свои права. Робер стоял у плиты, Стефани — рядом. Зачерпнув столовой ложкой из кастрюли, в которой, булькая, варился соус, он осторожно подул на нее.

— А теперь, Сабрина, посмотрим, что у нас получилось. — Он сделал маленький глоток. — Какая прелесть! Уму непостижимо, как несколько продуктов, слившись воедино, способны рождать такую величественную гармонию. Как жаль, что люди и правительства не могут научиться делать то же самое.

— Если это уму непостижимо, то как же можно этому научиться? — спросила Стефани.

Он усмехнулся.

— Тут вы поймали меня на слове. Им остается только молиться. Но это, похоже, не лучший способ решения проблем, стоящих перед миром.

— Робер, вы, должно быть, верите в силу молитвы.

— Да, конечно. Но я не верю, что молитва сама по себе, вложенные в нее сила и страсть способны привести к радикальным изменениям, в которых нуждается мир. Если люди хотят изменений к лучшему и воплощения своих желаний, они должны действовать. А теперь попробуйте-ка и скажите, можно ли сделать это еще вкуснее.

Взяв ложку, Стефани сделала глоток.

— Ах, как здорово! Хотя, пожалуй, пресновато на вкус?

— Хорошо. Очень хорошо. Какое удовольствие иметь дело с такой сообразительной ученицей! Добавим капельку лимонного сока. — Продолжая говорить, он нарезал лимон. — …а потом еще щепотку соли и перца.

— Робер, неужели вы никогда ничего не отмеряете? Всякий раз одно и то же: то немного сахару, то чуточку красного стручкового перца, то капельку лимонного сока, то несколько каперсов. Как я могу готовить по таким рецептам?

— А вы будете готовить не по рецептам! Вы будете творить, постигая, как различные части соотносятся между собой. Знаете, кулинария похожа на жизнь: вы же добиваетесь не постоянства и определенности, а стремитесь к разнообразию, изменениям, свободе. Без этого вы приготовите безвкусные блюда и проживете ограниченную, однообразную жизнь. На наших занятиях вы уже учитесь этому. По-моему, дорогая, в жизни вам часто приходилось готовить, возможно, это были не шедевры кулинарного искусства, а обычные, повседневные блюда, которые скорее всего были очень вкусными, потому что на кухне вы держитесь уверенно. Разве вы сами этого не чувствуете?

— Нет. Мне все здесь в диковинку. — Она взяла машинку для выжимания лимонов. — Вам пришлось рассказывать мне, как с ней обращаться. Я думала, что ножницы для домашней птицы — это ножницы, только особого вида, я не знала, как пользоваться специальным ножом, чтобы отделить мясо от костей, и… — Она запнулась. — Я даже не могла очистить картофелину, пока вы не показали, как нужно держать…

— Успокойтесь, успокойтесь, моя дорогая Сабрина. — Взяв у нее машинку, он обнял ее за плечи и нежно прижал к себе. — Знаю, вас все это страшно пугает и тревожит, но вы отлично справляетесь. Это всего лишь наш второй урок, а посмотрите, сколько вы всего узнали. Что же касается вашего прошлого, то не думаю, что вы можете приказать ему вернуться. По-своему, в свое время оно вернется. Вам надо набраться терпения. Не нужно лезть из кожи вон. Расслабьтесь и радуйтесь, что живете в этом великолепном доме, с людьми, которые заботятся о вас.