|
Человеческие кудесники ограничены в своих возможностях, поскольку мужское сознание никогда не сможет услышать музыку тайных струн женского, и наоборот, следовательно, подобный способ влияния для людей осуществим только между лицами одного пола, и то вряд ли… Нет, воевать с эльфами нельзя: истребим себя сами, а «двуединые» были и будут существовать, искренне жалея тех, кто не понял и не принял дар обладания двумя душами. Тех, кто добровольно отказался от сокровищ мира. – Но признаться, именно поэтому я и прибыла в Нэйвос. – Поэтому? – Ваши переводы заставляют предположить, что… – Нет. Эльфийка сочувствующе переспрашивает: – Нет? – Со мной произошло совсем противоположное. В юности… Я очень тяжело заболел, едва не умер и с трудом удержал единственную душу, которой владел. Так что у меня, скорее, есть пустое пространство между телом и душой, по которому проносится ветер… – Теней чужих душ. Он задевает, обвевает теплом или заставляет стынуть от горя. Да, это все объясняет. И каждый ваш труд, наверняка, приносит вам боль… Простите, что из любопытства заставила вас впустить в себя не самые радостные чувства. Она извиняется? Да. И делает это весьма серьезно. – Ваша вина ничтожна, hevary, если вообще имеется. Чувства… пришли из другого источника. – Понимаю. Та девушка, что жила в вашем доме… Вы писали о ней? Остервенело тру переносицу. Признаться? А зачем? Вряд ли эльфийка поймет, если уж сам себя не понимаю. Как ни стараюсь, не могу понять. Любовь… Ее нет. Вообще ничего нет. Чем больше думаю, тем яснее осознаю: вздумай я даже простить и испросить прощение у Ливин, правом на продолжение отношений уже не обладаю. Упустил время. Надо было сразу же растрогаться, прослезиться, сдавить девушку в объятиях и… Претворить в жизнь прочие глупости, полагающиеся в таком случае. Правда, солгал бы стократ, но иногда не следует пренебрегать и обманом, чтобы добиться своего. Беда в том, что мне не хотелось ничего добиваться! Я злился, восхищался, ненавидел и боготворил, но не пытался сделать и шага хоть в каком то направлении. Стоял столбом, тупо глядя на проползающие мимо события. Трусил? Наверное. Может быть. Просто никак не мог произвести расчет. Не мог подобрать цифры и составить нужную формулу. А теперь действовать поздно. И лучше Ливин никогда не слышать той песни… – Не имеет значения. – А я вижу, что имеет. Эльфийка укоризненно вздохнула и направилась к двери. Но кажется, мы оба кое что забыли. – Вы обещали принять решение, hevary. Она оборачивается. – Какое? – Относительно меня. Рассказав сначала о сути своей магии, а теперь и о двуединстве… Не боитесь, что я окажусь не в меру болтлив? Лиловые глаза смешливо щурятся: – Заставить вас поведать доверенную тайну всему миру способна только жгучая обида. А вы не кажетесь человеком, не умеющим справляться со своими чувствами, если уж щедро позволяете чужим уносить капельки вашей жизни. Верно, позволяю. Особой радости при этом не испытываю, но и не захлопываю двери перед очередным странником. Наверное, потому, что если он явился на мой порог, значит, ему требовалось прийти. Требовалось больше жизни и прочих сокровищ. Как же можно отказать просящему? Нельзя. А если учесть, что ко мне приходят с нуждами не только бестелесные странники… Где адреса, любезно раздобытые Кайреном? Нить восемнадцатая. Как расставаться Со старыми бедами? Делать шаг к новым. Ортисы всегда раскиданы на картах далеко друг от друга. По очень простой причине: они, как правило, располагаются не на одном и том же русле Потока, а на разных, а эти самые русла по любой местности зачастую проходят хоть и причудливо, но не сближаясь более, чем на полмили, и Нэйвос не исключение. |
