— Бедняжка! Я думала, что у него просто простуда, и, по правде говоря, считала, вчерашний вызов доктора ненужным.

— А я рада, что мы вызвали его вчера! — заметила я.

— Теперь он видит, какие изменения произошли за сутки.

— Это… опасно?

— Доктор не исключает этого, все так неожиданно! Я чувствую… — Я отвернулась, и она взяла меня под руку.

— Я понимаю вас: одно за другим! Бывает в жизни такая полоса: кажется, все катится под откос!

— Няня зашла к нему рано утром и нашла его совершенно замерзшим. Он был весь раскрыт, а окно распахнуто настежь… прямо напротив колыбели!

— Это няня оставила его открытым?

— О, нет! Она ни за что бы не допустила такой оплошности: из окна дует прямо на колыбель, а она очень следит, чтобы не было сквозняков. Результат может оказаться катастрофическим. Слава Богу, она вовремя проснулась!

— Ну, одеяла ребенок мог разметать сам, но кто открыл окно?

— Няня говорит, что ничего не понимает, что укутала его так, что ему ни за что было не развернуться. И уж наверняка она не оставляла окно открытым! — Должно быть, все же оставила, видимо, забыла. Все-таки возраст…

— Я никогда не думала о ее возрасте, она управляется ничуть не хуже, чем раньше. За Тристаном она ухаживает, как и за нами. Она очень внимательна!

Матильда пожала плечами.

— Во всяком случае, это произошло, теперь главное — выходить Тристана. Доктор Льюс очень опытный, и он сделает все возможное. Как вы думаете, мне можно проведать Тристана?

— Я не знаю, каковы распоряжения доктора. Давайте поднимемся и спросим няню.

К двери детской подошла нянюшка Крэбтри.

— Я наблюдаю за ним! Будут изменения к худшему — сразу же вызову доктора!

Матильда была поражена:

— Неужели дела настолько плохи?

— Его нельзя оставлять без присмотра! Мисс Виолетта, вы здесь нужны.

— Ваш друг… — начала Матильда.

Я совсем забыла про Ричарда! Я взглянула на часы. Была половина десятого, а я обещала быть готовой к десяти.

— Вам следует прогуляться и провести приятно день, — сказала Матильда.

— Я не могу провести день приятно, я все время буду думать о Тристане!

— Вас следовало бы остаться, мисс Виолетта, — настаивала няня Крэбтри. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь заходил сюда и раскрывал окна!

Она глядела рассерженно и решительно. Мы с Матильдой обменялись взглядами, и я сказала:

— Понимаете, он действительно серьезно болен… Она на цыпочках подошла к колыбели.

— Ах, бедняжка! Он и в самом деле плохо выглядит.

— Я его выхожу! — заявила няня Крэбтри. — А уж если узнаю, кто раскрывает окна в детской, я знаю, что с ним делать! — Она повернулась ко мне. — И чтобы он раскрывался, я не хочу: его нужно держать в тепле. Во второй половине дня доктор зайдет взглянуть на него.

— Если я могу оказать какую-то помощь… — предложила Матильда.

— Вы очень любезны, миссис Льюит, но мы как-нибудь сами справимся! — заявила няня.

Матильда беспомощно взглянула на меня. Сказав няне, что вернусь через минуту, я вышла вместе с Матильдой.

— Вам не следовало бы разочаровывать этого милого молодого человека, — сказала она. — Я могла бы помочь няне, а вы прогулялись бы вместе с вашим другом.

— Это невозможно, я должна знать, что здесь происходит! Я позвоню ему и все объясню.