|
Знаете… у меня есть одна знакомая, которая пережила очень страшную аварию. У неё какая-то сложная травма мозга, в общем, она уже шесть лет не живёт, а существует. Как овощ. Я оплатил ей дорогую операцию, благодаря которой к ней вернулось зрение, но это не решило всей проблемы. Она по-прежнему ходит под себя и ничего не понимает из того, что вокруг неё происходит. Просто существование, без всякого смысла. Я не хочу так же существовать. Я не овощ. Не офисный планктон, как девяносто процентов здесь присутствующих. Хотите работать? Давайте работать. Нет? Идите к чёрту со своей суперсекретностью. Их разговор длился около часа, что было невероятно — обычно Эйзентрегер уделял беседам не более десяти — пятнадцати минут. Убедившись, что Лекс действительно действовал из благих побуждений, в конце концов Эйзентрегер разрешил разместить заказ на модификацию в Интернете. Конечно же, заказ размещал админ базы, но Лексу разрешили присутствовать при этом. Заказ был размещён на двух приватных форумах. Почти сразу же пришёл ответ от некоего Анонимуса, который представлял интересы целой команды, занимавшейся модификацией вируса. Быстро рынок занимают, подумал Лекс, читая предлагаемые условия сделки. Анонимус гарантировал, что работа будет выполнена в срок, и был согласен на оплату по окончании. И гарантии были соблюдены. Лекс получил модифицированный вирус в течение пяти дней. Пару дней потратил на доработку тех нюансов, о которых он не мог рассказать Анонимусу, после этого изолировал один из серверов, перетащив в свою комнату и подключив напрямую к компьютеру. Снёс всё, инсталлировал исин, потом залил на сервер кусок кода из тела вируса. Ничего не произошло. Пришлось переписать вирус, прикрутить к нему таймер и установить на сервер. И снова исин не высказал никакой тревоги, даже после того как Лекс затребовал провести поиск вредоносных программ. Проблема была в исине. Работая как спутник-навигатор в Сети, он был бесполезен без подключения к Интернету. Исин не мог развиваться без Сети, и первое время программисты ворчали, требуя либо исходники исина, его исходный код без настроек, либо дать возможность пользоваться Интернетом и подключать свои исины. Эйзентрегер не мог дать ни того ни другого, однако он согласился войти в положение и не сильно давить с результатами. В общем-то, после этого программисты и стали все как один постепенно забивать болт на работу. Ну а что, деньги идут, работа, точнее её видимость, создана — в общем, все довольны. Все, кроме Лекса. Пока его команда, в которой сейчас, по сути, руководил поляк, «в поте лица трудилась» над библиотеками, которые якобы должны были заставить исин начать самообучение программингу, — Лекс в это время засел в своей комнате и почти не покидал её. Положа руку на сердце, трудно было бы сказать, что он работал — скорее, мучался в размышлениях, пытаясь совместить строчки кода вируса и исходников исина. Он ходил мрачнее тучи и пару раз сорвал свою злость на Лиске, которая со своей навязчивостью просто попала под горячую руку. А ещё его мучали подозрения. Лекс был не из тех людей, которые всюду видят заговоры и подставы. Но он всё больше и больше сомневался в том, что Эйзентрегеру действительно был нужен результат, который он озвучил. С каждым днём Лекс укреплялся во мнении, что задача, поставленная Эйзентрегером, невыполнима в принципе и — что главное — кажется, сам Эйзентрегер не верил в то, что это выполнимо. Ведь действительно, зачем собирать группу хороших программистов в каком-то богом забытом месте и ставить им дурацкие условия, которые никак не способствуют, а напротив, мешают выполнению задачи. Что-то здесь было не то, только Лекс не мог понять, что именно. Своими подозрениями он, конечно же, ни с кем не делился. Здесь даже стены имеют уши, а любые сомнения лучше всегда держать при себе, особенно если претендуешь на звание лидера. |
