— Голову вниз и не двигайся с места! — прошептала Мойра ей сверху. — Я приведу помощь.

— Ты сумасшедшая? — зашипела Саммер и вскочила на ноги. — Оставайся здесь, мы спрячемся, пока...

Однако Мойра уже убежала. Последнее, что видела Саммер, выглянув над насыпью, было её развивающееся пальто, которое растворилось в дыме и тумане. Раздались выстрелы, и Саммер бросилась назад в нору, заползая внутрь до тех пор, как могла, и защищая голову руками. Комья земли отрывались от корней и сыпались на неё. Смерть была настолько близка, что она ощущала ледяное дыхание тысячи её крыльев. Она не знала, почему в одну секунду должна была так сильно плакать, что её это потрясло, а в следующий сумасшедший момент, одновременно с этим, она почти... счастлива?... была.

Чёрный мёд

Свернувшись, она лежала между корнями и ждала следующей атаки. Казалось, прошла целая вечность, но так ничего и не происходило. Наоборот, шум боя, кажется, удалялся, криков стало меньше. И тогда Саммер кое-что услышала, хотя это было слишком тихо, чтобы понять, что именно. И действительно, она скорее почувствовала это - эхо в её голове, в то время как её уши всё ещё были будто набиты ватой. Кто-то… звал? Какое-то… имя?

Саммер испуганно вздрогнула и внимательно прислушалась. Где-то поблизости: звук, переворачивающий её внутренности, будто кто-то зовет её.

Осторожно, она расслабила свои затёкшие мышцы, и опустила руки, которыми до сих пор защищала голову от падающих комьев.

— Мойра? — позвала она.

Снова этот звук. Теперь он был отчётливее — стон. «Пожалуйста, только не Мойра! А также не Фаррин или один из группы!» Осторожно девушка поползла выше, к краю пещеры и выглянула наружу.

По лугу всё ещё плыли клочья дыма, как будто бы призраки павших не смирились со смертью и дезориентировано бродят по траве. Запах разорвавшихся снарядов был удушающе плотным. Поблизости кто-то ещё раз застонал, затем послышался хриплый, медленный вздох, за которым последовало... тихое завывание! Мелодия, переполненная отчаянием. Складывалось впечатление, будто кто-то, шагая по тёмному лесу, пытается придать себе смелости. Саммер желала вернуться в безопасность пещеры, но оказалась не способной бросить в беде человека с таким отчаянием в голосе. Там, снаружи, кому-то было страшно. И этот кто-то нуждался в помощи.

«Спрячься! Оставь его, тебя это не касается, вероятнее всего, он принадлежит к армии жестокой княгини», — нашептывал ей внутренний голос. Но сегодня Саммер проигнорировала его, на четвереньках она аккуратно спустилась с вала, и, продолжая работать локтями и коленями, продвигалась вперёд по мокрой траве. Оторванные ветви преграждали ей путь. Стволы деревьев всё ещё дымились после взрыва.

Первое, что обнаружила Саммер — это носок сапога, торчащий из травы. Без железной окантовки, значит, не может принадлежать Мойре. Затем она наткнулась на руку. Бледные пальцы, судорожно обхватившие корень, торчащий из земли, словно деревянная петля, будто жаждали удержаться за жизнь. Саммер забыла о Мойре, Фаррине, о войне. А так же об опасности, которая угрожала ей самой. Так быстро, как могла, она доползла до раздробленного дерева. Под ним лежал молодой человек. С первого взгляда Саммер поняла, что он больше не был раненым, а уже умирающим. Пуля попала в правую сторону груди, и он зажимал рану рукой. Его лицо приобрело пепельный цвет, под глазами залегли тёмные круги, а взгляд бессмысленный. Между равными вздохами он всё ещё пытался напевать эту песню.

Саммер поспешно преодолела последние метры и встала на колени рядом с ним. Она не медлила ни секунды, даже когда увидела знак лилии на его предплечье, который свидетельствовал о том, что он солдат леди Марс, и положила свою руку поверх его ледяной левой руки.

— Я здесь! — шептала она ему.