Парквелу вновь вспомнилась Филия.

– Прости, Элси, – сказал он.

– Обо мне не волнуйся, – отмахнулась она. – Не у каждого в жизни бывает столько любви и счастья, сколько выпало на мою долю. И наследство от него останется чудесное – радость нежданной встречи, доставленная многим другим благодаря ему. Ну, а если нам самим не суждено разделить эту радость, так что с того? Нельзя же иметь в жизни все.

Склонившись к уху Парквела, она заговорщически шепнула:

– Но я все равно повешу кольцо на цепочку, а в день встречи надену на шею.

– Мне отчего-то думается, что Уилл об этом узнает, – сказал Парквел, ничуть не кривя душой.

Глава двадцать третья

Штормград

К его удовольствию (и немалому удивлению) правительница Орды без промедлений ответила, что полностью поддерживает его предложение. «Однако, – писала Сильвана, – начнем с небольшой тщательно проверенной группы лиц. Я не рискну соблазнять не самых благородных из твоих подданных удобным случаем для покушений».

Кроме ее письма, имелось и другое. Именно оно окончательно убедило Андуина в верности принятого решения и тронуло юного монарха до глубины души.

Спасибо тебе за то, что уделил мне время и написал такое теплое письмо с сообщением о смерти моего дорогого Уилла. Он ужасно любил твою семью, и я рада видеть, что мальчик, о котором он заботился с детства, вырос в мужчину, утешившего его в минуту упокоения.

Все мы рано или поздно умираем – даже Отрекшиеся. Ты и вообразить себе не можешь, как я была тронута тем, что в последнюю минуту он вспоминал обо мне. А уж я-то никогда о нем не забывала!

Архиепископ Фаол был так любезен, что задержался у нас, и я пишу сегодня не только затем, чтоб поблагодарить тебя, но и сообщаю: все двадцать два члена Совета Покинутых с радостью приняли твое предложение встретиться с теми родными и близкими, кто еще дышит – если, конечно, они захотят видеть нас.

Наша любимая Темная Госпожа попросила каждого члена Совета составить для тебя список из пяти имен. Таким образом, если первого не окажется в живых либо он не захочет прийти, мы сможем встретиться с кем-то еще.

Что до меня, мне пригласить на эту встречу мертвых с живыми некого. Когда нас с Уиллом разлучила смерть, мы были уже немолоды и знакомства водили только с членами королевской семьи да со слугами.

В крайнем случае, я бы ответила, что очень хотела бы встретиться с тобой и поблагодарить тебя лично, но это, ясное дело, для тебя слишком рискованно. Само предложение этакой встречи требует немалого мужества, так что я тебе за него очень признательна.

Знай, что твое письмо стало для меня самой дорогой вещью на свете, уступая в том одному только обручальному кольцу, что так давно, когда мы оба были молоды, а мир – полон надежд, подарил мне Уилл.

Спасибо тебе за то, что мир опять исполнился надежд – пусть хоть на один день.

С уважением,

Элси Бентон.

От невеселых мыслей его отвлек стук в дверь.

– Войдите! – громко сказал он, приготовившись к новым упрекам советников.

К его удивлению, в распахнутую стражником дверь вошла Калия Менетил.

Андуин поднялся и шагнул ей навстречу.

– Калия, – воскликнул он, придвигая к рабочему столу второе кресло для гостьи, – как я рад тебя видеть! Чем обязан столь неожиданному удовольствию?

Калия села. Ее глаза – того самого цвета морской синевы, что Андуин видел на старых портретах Артаса – были полны сочувствия.

– Я беспокоилась за твоего друга и связалась с Лореной.