— Это хорошо, — сказал себе, размышляя, Мэт. Солдаты всегда болтают лишнее; именно поэтому свои планы не стоит раскрывать никому из подчиненных до последней минуты. Тонкие брови Теслин поднялись, и он добавил: — Это означает, что дорога на Лугард будет свободна на большей части пути. — Кивок Теслин был резким и не очень-то удовлетворенным. Между тем, что Айз Седай предположительно собирались делать, и тем, что они делали на самом деле, часто была значительная разница.

— Мы не разговаривали ни с кем, милорд, только следили за девочками, — сказала Бетамин еще более протяжно, чем обычно, а обычно речь Шончан напоминает мед, льющийся в снежную бурю. Она, несомненно, была главной среди трех сул'дам, но все же взглянула на остальных, прежде чем продолжить. — В Эбу Дар все разговоры в комнатах сул'дам касались только Иллиана. Богатая земля и богатый город, где многие могут заслужить себе новые имена. И состояние. — Она бросила это так, словно состояние вряд ли сравнится с обретением нового имени. — Мы должны были сообразить, что вы захотите узнать о подобных вещах. — Еще один глубокий вздох, от которого она чуть не вывалилась из своего платья. — Если у вас есть какие-нибудь вопросы, милорд, мы расскажем все, что знаем.

Ринна, с готовностью на лице, отвесила ему еще один поклон, а Сита пропищала:

— Мы могли бы слушать разговоры во всех городах и деревнях, через которые будем проходить, милорд. Девочки, конечно, ненадежны, но нам вы можете доверять.

Интересно, всегда ли, когда женщина предлагает свою помощь, она начинает с того, что пихает тебя в котел с кипящей водой и подбрасывает дров в огонь? Лицо Джолин превратилось в ледяную маску, исполненную презрения. Шончанские женщины не стоили того, чтобы она их замечала; это было ясно при одном взгляде на нее. Лишь Мэт трижды проклятый Коутон получал от нее леденящие взгляды. Губы Эдесины поджались, она пыталась просверлить взглядом дыру одновременно и в нем, и в трех сул'дам. Даже Теслин ухитрилась выразить негодование. Она тоже благодарна ему за спасение, но она была Айз Седай. И она направляла свой хмурый взгляд на него. Впрочем, он подозревал, что она подпрыгнет, как испуганная лягушка, стоит лишь одной из сул'дам хлопнуть в ладоши.

— То, чего я хочу, — терпеливо объяснил Мэт, — это чтобы вы все не отходили от фургонов. — С женщинами необходимо быть терпеливым, даже если они Айз Седай. Он чертовски хорошо выучил это, можно сказать наизусть. — Один шепоток, что с нами путешествует Айз Седай, и мы будем по колено в Шончан, охотящихся за ней. Слухи о том, что с балаганом путешествуют Шончан, будут ничуть не лучше. И в том и в другом случае кто-нибудь рано или поздно придет проверить, что за всем этим стоит, и мы все окажемся в горшке с рассолом. Не высовывайтесь. Вам нужно посидеть тихо, пока мы не подберемся поближе к Лугарду. Вряд ли можно сказать, что я многого от вас прошу, не так ли? — Молния осветила окна фургона голубой вспышкой, вверху прогрохотал гром, так близко, что фургон затрясся.

Но, очевидно, он все же просил от них слишком многого, как стало ясно по прошествии нескольких дней. О, Айз Седай не забывали натягивать на лица капюшоны, когда выходили, — дождь давал этому достаточное объяснение; дождь и холод, — но одна или другая то и дело вылезала прокатиться на облучке, и они не прилагали существенных усилий, чтобы сойти среди членов труппы за служанок.