- О чем вы говорите? - вступила Наташа. - Какой полёт, и при чем тут возраст?

Оба молодых человека отреагировали на её вмешательство недоумёнными взглядами: они внимательно посмотрели на неё, потом на Лёна.

- Моя спутница обычный человек, - успокоил их тот, прекрасно понимая причину их удивления: они решили, что он маг со своей ученицей. Думают, она тоже не достигла возраста, когда можно выпить волшебного зелья.

- А, тогда ты, конечно, можешь и не знать, - тут же всё понял Фазиско, - Сначала дубы были поставлены для дивоярцев, чтобы следить за состоянием магического ограждения вокруг опасной зоны, а потом, поскольку всё было спокойно, эту простую работу переложили на людей. За скуку здешней жизни нас раз в год награждают волшебным полётом в Вальпургиеву ночь. А меня не взяли, потому что я не достиг возраста восемнадцати лет.

- Вот это и возмутительно, - выразил свое мнение Джакаджа.

- А почему? - осторожно поинтересовалась у него Наташа.

- А потому, что он не простолюдин! - резко воскликнул тот, - Дивоярцы прячут своих детей, потому что стесняются их! Вот его запсочили в такую дыру, среди бывших дровосеков и увечных солдат!

- Ты знаешь, Юги, что это не так, - недовольно прервал его Фазиско, - всё дело в роке. Дивоярцы стараются поменьше встречаться со своими детьми, чтобы не навлечь на них беду. Очень скоро небесный город оставит нас и уйдёт в плавание по мирам.

- И тогда мне больше не попробовать волшебного зелья, - грустно подвёл итог Джакаджа. - Ибо останутся здесь, на Селембрис, запрятавшись в лесной или горной глуши, отдельные учителя. И будут они раз в год тайком собираться со служителями королевских дворов где-нибудь в диком и безлюдном месте, чтобы подняться в полёт. И уже не напроситься к ним в компанию. И ты, мой друг Фазиско, на всю оставшуюся жизнь лишён будешь этого удовольствия. Ибо не маг ты, Ручеро, не маг! Я ж говорю: несправедливо!

Печальный взгляд Фазиско был ответом: верно всё сказал Джакаджа.

ГЛАВА 8

Надолго затянувшийся обед, наконец, закончился. Гроза снаружи к тому времени прошла, и только прохладный ветер тревожил крону титанического дерева. В помещении было слишком жарко, и Наташа решила выйти наружу. Всё ей было удивительно и ново в этом месте, и она спешила насладиться впечатлениями. Лёну хотелось остаться с Фазиско, чтобы осторожно расспросить кое о чем, и он был рад, что Юги взялся проводить девушку в прогулке по дубу.

- Смотри, осторожнее, - предупредил он.

Молодой человек почтительно кивнул: он понимает, что эта молодая дама избранница дивоярского мага, и тот не хочет, чтобы с его смертной спутницей что-нибудь случилось раньше времени. Печальная правда из жизни обитателей небесного города: этот решил уединиться со своей прекрасной спутницей, чтобы не показывать её собратьям. Вот такие они, эти дивоярцы: чужих возьмут в полёт, а своих избранниц - ни-ни! Чтобы никто не подумал. От таких союзов как раз и рождаются дети, которые потом мыкаются по жизни, как неприкаянные, хоть родитель-дивоярец потом втихую подкидывает им средства, устраивает по жизни. Но есть в этих несчастных какая-то безотчетная тоска и смутное сознание обманутости судьбой.

- Когда покинете нас? - спросил Фазиско, предваряя вопросы высокого гостя.

Он посмотрел в окно, откуда несло прохладой: день угасал, и наступал вечер.

- Мы думали переночевать тут, - пробормотал Лён, не зная, как подступить к вопросам.

- Тогда я покажу вам свободные спальни, - тут же поднялся с места страж, - Правда, у нас нехватка свежего белья. Наши парни люди простые и не привыкли к чистым простыням. Но вы, я полагаю, легко справитесь с этим.

- Конечно, - заверил его Лён, не подавая виду, что бытовая магия для него проблема. В конце концов, что он такое, как недоучившийся маг?

Парень называл его на "вы", чего не делают дивоярцы, потому что считают друг друга равными: студент и преподаватель говорят меж собой "ты".